В одиннадцать часов подали ужинать. Все шумно сели за стол, веселые и проголодавшиеся. Токарев опять сидел рядом с Марьей Михайловной. Они теперь чувствовали себя совсем друзьями, шутили, смеялись. Василий Васильевич разлил по бокалам донское игристое. Стали говорить шутливые тосты, чокаться. После ужина гости начали разъезжаться.
Варвара Васильевна, Токарев, Сергей и Катя сидели в столовой. Горела лампа. Скатерть, с неприбранной после ужина посудой, была усеяна хлебными корками и крошками. Сергей, с особенным блеском в глазах, сидел на окне, засунув руки меж колен, и хмуро смотрел в угол.
Между ним и Варварой Васильевной легло что-то, и они не смотрели друг другу в глаза. Вечером, перед ужином, Токарев пошел к себе наверх за папиросами. Он поднимался по скрипучей лестнице. Сквозь маленькое оконце падал лунный свет на крутые, пыльные ступеньки.
В полутемной передней сидела деревенская баба в зипуне. Варвара Васильевна, весело разговаривая, перевязывала ей на руке вскрытый нарыв. Пахло карболкою и йодоформом. Токарев прошел через залу, где Дашка накрывала стол к ужину, и в темной гостиной сел к роялю.
Прогуляться "хотя бы до поворота" было обычным делом после утомительного дня, когда вся семья уже поужинала и ожидала, когда начнётся любимый фильм и заварится чай со смородиновым листом.
– Женечка, разве ты не помнишь, что сегодня мы собирались поужинать вместе?
Прогуляться "хотя бы до поворота" было обычным делом после утомительного дня, когда вся семья уже поужинала и ожидала, когда начнётся любимый фильм и заварится чай со смородиновым листом.
Я покормил собак, котов, мы сами довольно плотно поужинали, осталось попить чаю.