Неточные совпадения
От печки жарко. Темные налеты, мигая, проносятся по раскаленным углям. Синие огоньки колышутся медленнее. Их зловещая, уничтожающая правда — ложь, я это чувствую сердцем, но она глубока, жизненна и серьезна. А мне все нужно начинать сначала, все, чем я жил. У меня, — о, у меня «дума лютая»
звучала такой захватывающею, безнадежною тоскою! Самому было приятно слушать. И теперь мне стыдно за это. И так же стыдно за все мелкие, без корней
в душе
ответы, которыми я до сих пор жил.
В ответ звучали мертвые, чуждые мне теперь слова, а зеленоватые глаза с изучающим вниманием смотрели на меня. И все больше
в них проступало жесткое презрение. Как будто шел человек к спешной, нужной цели, а другой пристает к нему: как это люди ходят? Почему? Почему мы вот идем на двух ногах и не падаем?
Что еще говорилось? Не помню. Бессвязный бред
в неподвижном тумане, где низом шел ласкающий запах весенних почек и мертво стояло вдали белое зарево. Не важно, что говорилось, — разговор опять шел помимо слов. И не только я чувствовал, как
в ответ мне
звучала ее душа. Была странная власть над нею, — покорно и беззащитно она втягивалась
в крутящийся вихрь.
Неточные совпадения
Вопрос остался без
ответа. Позвонил, спросил кофе, русские газеты, начал мыться, а
в памяти навязчиво
звучало:
Это
прозвучало так обиженно, как будто было сказано не ею. Она ушла, оставив его
в пустой, неприбранной комнате,
в тишине, почти не нарушаемой робким шорохом дождя. Внезапное решение Лидии уехать, а особенно ее испуг
в ответ на вопрос о женитьбе так обескуражили Клима, что он даже не сразу обиделся. И лишь посидев минуту-две
в состоянии подавленности, сорвал очки с носа и, до боли крепко пощипывая усы, начал шагать по комнате, возмущенно соображая:
В немногих словах много
звучало любви. Души не чаял Смолокуров
в дочери. Она и теперь отцу ни слова не вымолвила, скромной улыбкой, веселым покорным взором дала
ответ.
Обезьяничание было до такой степени явно и дерзко, что я со страхом и удивлением взглянул на Потоцкого. Он ничего не заметил и продолжал отчеканивать фамилию за фамилией. Среди тишины
звучал его металлический голос, и падали короткие
ответы: «есть… есть… есть…» Только
в глазах учеников искрилась усмешка.
И
в ответ нежно, протяжно
звучат под сводами детские голоса, сдержанно гудят басы: