Неточные совпадения
Многое из того,
что мною рассказано
в предыдущих главах, может у людей, слепо верующих
в медицину, вызвать недоверие к ней. Я и сам пережил это недоверие. Но вот теперь, зная все, я все-таки с искренним чувством говорю: я
верю в медицину, —
верю, хотя она во многом бессильна, во многом опасна, многого не знает. И могу ли я не
верить, когда то и дело вижу, как она дает мне возможность спасать людей, как губят сами себя те,
кто отрицает ее?
«Я не
верю в вашу медицину», — говорит дама. Во
что же, собственно, она не
верит?
В то,
что возможно
в два дня «перервать» коклюш, или
в то,
что при некоторых глазных болезнях своевременным применением атропина можно спасти человека от слепоты? Ни
в два дня, ни
в три недели невозможно перервать коклюш, но несколькими каплями атропина можно сохранить человеку зрение, и тот,
кто не «
верит»
в это, подобен скептику, не верящему, чтоб где-нибудь на свете мужики говорили по-французски.
Неточные совпадения
— Стало быть, вы молитесь затем, чтобы угодить тому, которому молитесь, чтобы спасти свою душу, и это дает вам силы и заставляет вас подыматься рано с постели.
Поверьте,
что если <бы> вы взялись за должность свою таким образом, как бы
в уверенности,
что служите тому,
кому вы молитесь, у вас бы появилась деятельность, и вас никто из людей не
в силах <был бы> охладить.
Он и знал,
что имеет этот авторитет; она каждую минуту подтверждала это, говорила,
что она
верит ему одному и может
в жизни положиться слепо только на него и ни на
кого более
в целом мире.
— Пойми, для
чего я говорю тебе это: ты будешь несчастлива, и на меня одного ляжет ответственность
в этом. Скажут, я увлекал, закрывал от тебя пропасть с умыслом. Ты чиста и покойна со мной, но
кого ты уверишь
в этом?
Кто поверит?
В Обломовке
верили всему: и оборотням и мертвецам. Расскажут ли им,
что копна сена разгуливала по полю, — они не задумаются и
поверят; пропустит ли кто-нибудь слух,
что вот это не баран, а что-то другое, или
что такая-то Марфа или Степанида — ведьма, они будут бояться и барана и Марфы: им и
в голову не придет спросить, отчего баран стал не бараном, а Марфа сделалась ведьмой, да еще накинутся и на того,
кто бы вздумал усомниться
в этом, — так сильна вера
в чудесное
в Обломовке!
—
Кто ж скажет? У меня нет матери: она одна могла бы спросить меня, зачем я вижусь с тобой, и перед ней одной я заплакала бы
в ответ и сказала бы,
что я дурного ничего не делаю и ты тоже. Она бы
поверила.
Кто ж другой? — спросила она.