Неточные совпадения
Пользуясь невозможностью бедняков лечиться на собственные средства, наша школа обращает
больных в манекены для упражнений, топчет без пощады стыдливость женщины, увеличивает и без того немалое горе
матери, подвергая жестокому «поруганию» ее умершего ребенка, но не делать этого школа не может; по доброй воле мало кто из
больных согласился бы служить науке.
Осмотрев
больного, я сказал
матери, что навряд ли и он выживет.
Жизнь мальчика около недели висела на волоске. Наконец температура понемногу опустилась, сыпь побледнела,
больной начал приходить в себя. Явилась надежда на благоприятный исход. Мне дорог стал этот чахлый, некрасивый мальчик с лупившейся на лице кожей и апатичным взглядом. Счастливая
мать восторженно благодарила меня.
Больной прожил еще полторы недели; каждый день у него появлялись все новые и новые нарывы — в суставах, в печени, в почках… Мучился он безмерно, и единственное, что оставалось делать, это впрыскивать ему морфий. Я посещал
больного по нескольку раз в день. При входе меня встречали страдальческие глаза ребенка на его осунувшемся, потемневшем лице; стиснув зубы, он все время слабо и протяжно стонал.
Мать уже знала, что надежды нет.
Мать больной подала на д-ра Шпитцера в суд.
Меня пригласили к
больному ребенку; он лихорадил, никаких определенных жалоб и симптомов не было, приходилось подождать выяснения болезни. Я не хотел прописать «ut aliquid fiat», я сказал
матери, что следует принять такие-то гигиенические меры, а лекарств пока не нужно. У ребенка развилось воспаление мозговых оболочек, он умер. И
мать стала горько клясть меня в его смерти, потому что я не поспешил вовремя «перервать» его болезнь.
Я ответил, что покамест наверное ничего еще нельзя сказать, что кризис будет дней через пять-шесть. Для меня началось ужасное время.
Мать и дочь не могли допустить и мысли, чтоб их мальчик умер; для его спасения они были готовы на все. Мне приходилось посещать
больного раза по три в день; это было совершенно бесполезно, но они своею настойчивостью умели заставить меня.
Больной вынес кризис. Через два дня он был вне опасности.
Мать и дочь приехали ко мне на дом благодарить меня. Господи, что это были за благодарности!
Я сижу дома в кружке добрых знакомых, болтаю, смеюсь; нужно съездить к
больному; я еду, делаю, что нужно, утешаю
мать, плачущую над умирающим сыном; но, воротившись, я сейчас же вхожу в прежнее настроение, и на душе не остается мрачного следа.
«Приезжает ко мне дама, просит навестить ее
больного сына. Еду. Небольшая, но очень уютная и милая квартирка; сын-гимназист лежит в тифе. Я спрашиваю, лечил ли его кто-нибудь раньше.
Мать брезгливо поморщилась.
Роженица выздоравливала медленно, ребенок был слаб; опасаясь, что он не выживет, толстая, но всегда
больная мать Веры Петровны торопила окрестить его; окрестили, и Самгин, виновато улыбаясь, сказал:
Когда умолкала боль и слышались только трудные вздохи Наташи, перед ним тихо развертывалась вся история этого теперь угасающего бытия. Он видел там ее когда-то молоденькой девочкой, с стыдливым, простодушным взглядом, живущей под слабым присмотром бедной,
больной матери.
Еще при первых словах отца Прасковья Патаповна молча вышла из горницы
больной матери. Пришла к себе и прямо на постель. Раскидалась, разметалась на ней дочь осиповского тысячника, закрыла глаза, а сама думает: «Хоть бы Васька пришел, каков ни есть, а все-таки муж!»
От понесенного потрясения Мавру Сергеевну Бахметьеву разбил паралич, но, несмотря на это, с ее дочери взяли подписку в том, что она обязуется наблюдать, чтобы ее душевно
больная мать не обеспокоила „известную особу“ своими нелепыми требованиями.
Неточные совпадения
Дуня, воротившись с последнего свидания с братом, застала
мать уже совсем
больною, в жару и в бреду.
— Нет, Соня, — торопливо прервал он, — эти деньги были не те, успокойся! Эти деньги мне
мать прислала, через одного купца, и получил я их
больной, в тот же день как и отдал… Разумихин видел… он же и получал за меня… эти деньги мои, мои собственные, настоящие мои.
Те мечты и воспоминания о
матери, которые после свидания с нею сделали его
больным, теперь уже не занимали его.
Больная, как увидела
мать, и говорит: «Ну, вот, хорошо, что пришла… посмотри-ка на нас, мы друг друга любим, мы друг другу слово дали».
«Какой безжалостной надобно быть, какое надо иметь холодное сердце, для того, чтобы обманывать
больного мужа, — возмущенно думал Самгин. — И —
мать, как бесцеремонно, грубо она вторгается в мою жизнь».