Неточные совпадения
Ну, однако ж, что может быть между ними
общего? Даже и злодейство не могло бы быть у них одинаково. Этот человек очень к
тому же был неприятен, очевидно, чрезвычайно развратен, хитер, может быть, очень зол. Правда, он хлопотал за детей Катерины Ивановны; но кто знает, для чего и что это означает?»
«Я вас истреблю!» — говорит Версилов Катерине Николаевне. Князь Мышкин, только что познакомившись с Рогожиным, из одного лишь
общего впечатления от него выносит уверенность, что если он женится на любимой женщине,
то через неделю зарежет ее.
Что у него
общего с
тем могильным камнем над жизнью, холодным и неподвижным, имя которому — человекобог?
Но в глубине своей души, чем ближе он узнавал своего брата,
тем чаще и чаще ему приходило в голову, что эта способность деятельности для
общего блага, может быть, и не есть качество, а напротив, недостаток чего-то, не недостаток добрых, честных, благородных желаний и вкусов, но недостаток силы жизни, —
того стремления, которое заставляет человека из всех бесчисленных представляющихся путей жизни выбрать один и желать этого одного.
Чем больше он узнавал брата,
тем более замечал, что и Сергей Иванович, и многие другие деятели для
общего блага не сердцем были приведены к этой любви к
общему благу, но умом рассудили, что заниматься этим хорошо, и только потому занимались этим».
То же и относительно людей. Жизнь бесконечно разнообразна, бесконечно разнообразны и люди.
Общее у них, всем дающее смысл, — только жизнь. Проявления же жизни у разных людей могут быть совершенно различны.
О будущей жизни он тоже никогда не думал, в глубине души неся
то унаследованное им от предков твердое, спокойное убеждение,
общее всем земледельцам, что, как в мире животных и растений ничто не кончается, а постоянно переделывается от одной формы в другую, — навоз в зерно, зерно в курицу, головастик в лягушку, желудь в дуб, — так и человек не уничтожается, но только изменяется.
Если есть в душе жизнь, если есть в ней, в
той или другой форме, живое ощущение связи с
общею жизнью,
то странная перемена происходит в смерти, и рассеивается окутывающий ее ужас.
Но опять и опять следует подчеркнуть: голоса эти призывают не к добру. К живой жизни они зовут, к полному, целостному обнаружению жизни, и обнаружение это довлеет само себе, в самом себе несет свою цель, — оно бесцельно. Из живой же жизни — именно потому, что она — живая жизнь, — само собою родится благо, сама собою встает цель. «Каждая личность, — говорит Толстой в «Войне и мире», — носит в самой себе свои цели и между
тем носит их для
того, чтобы служить недоступным человеку целям
общим».
«Что такое любовь? Любовь мешает смерти. Любовь есть жизнь. Любовь есть бог, и умереть — значит мне, частице любви, вернуться к
общему и вечному источнику. Мысли эти показались ему утешительны. Но это были только мысли. Чего-то недоставало в них, что-то было односторонне-личное, умственное, — не было очевидности. И было
то же беспокойство и неясность. Он заснул».
Войти в
общую жизнь всем существом, проникнуться
тем, что делает их такими.
Очевидно, такое жизнеотношение было характерно вообще для
той эпохи, оно невольно сказывалось в каждом из поэтов совсем так же, как определенные
общие черты сказываются в лицах людей одной национальности, несмотря на все их отличия друг от друга.
«Рождение трагедии» написано Ницше в молодости, когда он находился под сильным влиянием Шопенгауэра. Сам он впоследствии указывал, что мысли свои, ничего не имевшие
общего с Шопенгауэром, он выразил в шопенгауэровских формулах и этим испортил свою книгу. В дальнейшей своей эволюции Ницше решительно отрекся от Шопенгауэра, признал его своим антиподом, больше
того — фальшивомонетчиком. Отрекся он и еще от очень многого, о чем говорил в своей книге.
Возможно, что в каждом отдельном случае трагедия смягчает и разряжает страх и сострадание;
тем не менее, в
общем они могли бы увеличиваться под действием трагедии, так что в целом трагедия делала бы людей более трусливыми и сантиментальными.
«Основная ошибка кроется в
том, — говорит Ницше, — что мы, вместо
того чтобы понять сознательность лишь как частность в
общей системе жизни, — принимаем ее в качестве масштаба, в качестве высшей ценности жизни… Если захотеть достаточно широко поставить цель жизни,
то она не должна бы совпадать ни с одной категорией сознательной жизни; наоборот, она должна была бы еще объяснять каждую из них, как средство, ведущее к сказанной цели».
Кто презирает тело, с
теми Ницше не желает иметь ничего
общего, с
теми ему совсем не по дороге.
Неточные совпадения
О себе приезжий, как казалось, избегал много говорить; если же говорил,
то какими-то
общими местами, с заметною скромностию, и разговор его в таких случаях принимал несколько книжные обороты: что он не значащий червь мира сего и не достоин
того, чтобы много о нем заботились, что испытал много на веку своем, претерпел на службе за правду, имел много неприятелей, покушавшихся даже на жизнь его, и что теперь, желая успокоиться, ищет избрать наконец место для жительства, и что, прибывши в этот город, почел за непременный долг засвидетельствовать свое почтение первым его сановникам.
Какие бывают эти
общие залы — всякий проезжающий знает очень хорошо:
те же стены, выкрашенные масляной краской, потемневшие вверху от трубочного дыма и залосненные снизу спинами разных проезжающих, а еще более туземными купеческими, ибо купцы по торговым дням приходили сюда сам-шест и сам-сём испивать свою известную пару чаю;
тот же закопченный потолок;
та же копченая люстра со множеством висящих стеклышек, которые прыгали и звенели всякий раз, когда половой бегал по истертым клеенкам, помахивая бойко подносом, на котором сидела такая же бездна чайных чашек, как птиц на морском берегу;
те же картины во всю стену, писанные масляными красками, — словом, все
то же, что и везде; только и разницы, что на одной картине изображена была нимфа с такими огромными грудями, каких читатель, верно, никогда не видывал.
Итак, одно желание пользы заставило меня напечатать отрывки из журнала, доставшегося мне случайно. Хотя я переменил все собственные имена, но
те, о которых в нем говорится, вероятно себя узнают, и, может быть, они найдут оправдания поступкам, в которых до сей поры обвиняли человека, уже не имеющего отныне ничего
общего с здешним миром: мы почти всегда извиняем
то, что понимаем.
Убей ее и возьми ее деньги, с
тем чтобы с их помощию посвятить потом себя на служение всему человечеству и
общему делу: как ты думаешь, не загладится ли одно крошечное преступленьице тысячами добрых дел?
Я же хотел только узнать теперь, кто вы такой, потому что, видите ли, к общему-то делу в последнее время прицепилось столько разных промышленников и до
того исказили они все, к чему ни прикоснулись, в свой интерес, что решительно все дело испакостили.