Мне кажется, на это способен только «
любитель литературы», для кого глубочайшие искания и нахождения человеческого духа — лишь предмет эстетических эмоций.
— Друг мой, я знаю одного прелестнейшего и милейшего русского барчонка: молодого мыслителя и большого
любителя литературы и изящных вещей, автора поэмы, которая обещает, под названием: «Великий инквизитор»… Я его только и имел в виду!
Но однажды мне пришлось видеть: вдруг глаза эти загорелись чудесным синим светом, как будто шедшим изнутри глаз, и сам он стал невыразимо красив, Трагедией его писательской жизни было то, что он, несмотря на свой огромный талант, был известен только в узком кругу
любителей литературы.
Не надо забывать, что такие пьесы, как «Горе от ума», «Борис Годунов», публика знает наизусть и не только следит за мыслью, за каждым словом, но чует, так сказать, нервами каждую ошибку в произношении. Ими можно наслаждаться, не видя, а только слыша их. Эти пьесы исполнялись и исполняются нередко в частном быту, просто чтением между
любителями литературы, когда в кругу найдется хороший чтец, умеющий тонко передавать эту своего рода литературную музыку.
Неточные совпадения
И потому нисколько не удивительно, что эти господа
любители также оказывают сильное покровительство русской
литературе, особенно драматической…
Дирижирует хором прапорщик Харламов. Самгин уже видел его, говорил с ним. Щеголеватый читатель контрреволюционной
литературы и
любитель остреньких неблагонадежных анекдотов очень похудел, вытянулся, оброс бородой неопределенной окраски, но не утратил своей склонности к шуточкам и клоунадам.
Любителей так называемой заборной
литературы много и на воле, но на каторге цинизм превосходит всякую меру и не идет в сравнение ни с чем.
Наукой, как желал работать я, никто из них не занимался, но все почти кончили курс, были дельными медиками, водились и
любители музыки, в последние 50-е годы стали читать русские журналы, а немецкую
литературу знали все-таки больше, чем рядовые студенты в Казани, Москве или Киеве.
И только в ссылке и потом на службе в Петербурге он опять сделался тем
любителем изящной
литературы и театра, который так привлекал меня в дни его первой молодости.