Я с иронией слушал, и мне хотелось, чтоб этот кривляющийся горбун заметил мою ироническую улыбку. Помним! Мы
хорошо помним рецензию Добролюбова На магистерскую диссертацию Ореста Миллера «О нравственной стихии в поэзии». Рецензия начиналась так...
Неточные совпадения
Но всякому, читавшему повести в журнале «Семья и школа»,
хорошо известно, что выдающимся людям приходилось в молодости упорно бороться с родителями за право отдаться своему призванию, часто им даже приходилось покидать родительский кров и голодать. И я шел на это.
Помню: решив окончательно объясниться с папой, я в гимназии, на большой перемене, с грустью ел рыжий треугольный пирог с малиновым вареньем и думал: я ем такой вкусный пирог в последний раз.
Дома в Туле: после грязи, тесноты, некрашеных полов и невкусной еды — простор, чистота, вкусная еда.
Помню, раз, после обеда: были ленивые щи со сметаной и ватрушками, жареные цыплята с молодым картофелем и малосольными огурцами. Сел после обеда в кресло с газетой, закурил, — и всего охватило блаженство: как
хорошо жить на свете! Особенно, — когда жареные цыплята и малосольные огурцы!
А оно просачивалось повсюду. И даже молодежь «Русского богатства» оказалась зараженною.
Помню встречу нового 1896 года в редакции «Русского богатства». Было весело и
хорошо. Певец Миров чудесно пел. Часто воспоминания неразрывно связываются с каким-нибудь мотивом. У меня тот вечер связан в памяти с романсом, который он, между прочим, пел...
Но как же, с другой стороны, характерен и этот тоскующий по чаю обыватель: «холодную атмосферу»
помнит хорошо, а о горячей руке помощи, протянувшейся к нему из этой атмосферы в смертную минуту гибели, — забыл или не почел нужным вспомнить!
Maman играла второй концерт Фильда — своего учителя. Я дремал, и в моем воображении возникали какие-то легкие, светлые и прозрачные воспоминания. Она заиграла патетическую сонату Бетховена, и я вспоминал что-то грустное, тяжелое и мрачное. Maman часто играла эти две пьесы; поэтому я очень
хорошо помню чувство, которое они во мне возбуждали. Чувство это было похоже на воспоминание; но воспоминание чего? казалось, что вспоминаешь то, чего никогда не было.
Детскость выражения ее лица в соединении с тонкой красотою стана составляли ее особенную прелесть, которую он
хорошо помнил: но, что всегда, как неожиданность, поражало в ней, это было выражение ее глаз, кротких, спокойных и правдивых, и в особенности ее улыбка, всегда переносившая Левина в волшебный мир, где он чувствовал себя умиленным и смягченным, каким он мог запомнить себя в редкие дни своего раннего детства.
Неточные совпадения
— В самом деле, я, точно,
хорошо не
помню, есть ли там приписочка или нет, — точно как будто и не сам писал это завещание.
Эти шаги послышались очень далеко, еще в самом начале лестницы, но он очень
хорошо и отчетливо
помнил, что с первого же звука, тогда же стал подозревать почему-то, что это непременно сюда, в четвертый этаж, к старухе.
— Не
помню хорошо; видишь, сестра, я окончательно хотел решиться и много раз ходил близ Невы; это я
помню. Я хотел там и покончить, но… я не решился… — прошептал он, опять недоверчиво взглядывая на Дуню.
— Это правда, — как-то особенно заботливо ответил на это Раскольников, —
помню все, до малейшей даже подробности, а вот поди: зачем я то делал, да туда ходил, да то говорил? уж и не могу
хорошо объяснить.
— Ах, нет! Ты все свое! Как не надоест! Что такое я хотела сказать?.. Ну, все равно, после вспомню. Ах, как здесь
хорошо: листья все упали, feuilles d’automne [осенние листья (фр.).] —
помнишь Гюго? Там вон солнце, Нева… Пойдем к Неве, покатаемся в лодке…