Неточные совпадения
Вообще вопрос собственно о творении духов — ангелов и человека —
остается наименее разъясненным
в системе Беме, и это делает ее двусмысленной и даже многосмысленной, ибо, с одной стороны, разъясняя Fiat
в смысле божественного детерминизма, он отвергает индетерминистический акт нового творения, но
в то же время порой он говорит об этом совершенно иначе [«Воля к этому изображению (ангелов) изошла из Отца, из свойства Отца возникла
в слове или сердце Божием от
века, как вожделеющая воля к твари и к откровению Божества.
В век рыцарства «прекрасная дама» вообще не имела никакого отношения к жене, и ее обожание отлично уживалось с грубостью нравов и кулачным правом: любовь
оставалась «идеалистической», а идеалистические взлеты бессильными.
От нее
остается только угрожающая перспектива насильственно чудесного воскресения мертвых
в конце этого
века, которое ожидает человечество
в случае неисполнения им «общего дела».
Неточные совпадения
— О, я горько ошибся!.. Я думал, безумный, что по крайней мере эти эполеты дадут мне право надеяться… Нет, лучше бы мне
век остаться в этой презренной солдатской шинели, которой, может быть, я был обязан вашим вниманием…
Старик Обломов как принял имение от отца, так передал его и сыну. Он хотя и жил весь
век в деревне, но не мудрил, не ломал себе головы над разными затеями, как это делают нынешние: как бы там открыть какие-нибудь новые источники производительности земель или распространять и усиливать старые и т. п. Как и чем засевались поля при дедушке, какие были пути сбыта полевых продуктов тогда, такие
остались и при нем.
— Нет, — перебила его графиня Лидия Ивановна. — Есть предел всему. Я понимаю безнравственность, — не совсем искренно сказала она, так как она никогда не могла понять того, что приводит женщин к безнравственности, — но я не понимаю жестокости, к кому же? к вам! Как
оставаться в том городе, где вы? Нет,
век живи,
век учись. И я учусь понимать вашу высоту и ее низость.
— Придется ли нам увидаться, или нет, бог один это знает; но
век не забуду вас; до могилы ты один
останешься в моем сердце».
— Помни, юный, неустанно, — так прямо и безо всякого предисловия начал отец Паисий, — что мирская наука, соединившись
в великую силу, разобрала,
в последний
век особенно, все, что завещано
в книгах святых нам небесного, и после жестокого анализа у ученых мира сего не
осталось изо всей прежней святыни решительно ничего.