Неточные совпадения
«Мистическое чувство есть самое неопределенное, неясное из всех чувств; несказанность и неизреченность, которые,
в последнем счете, свойственны всякому чувству, никакому
не свойственно
в такой степени, как мистическому.
Одно из двух: или теоретическому мышлению
в такой степени присущ аромат вечности, касание мира божественного, что его служитель чрез мышление подлинно осязал этот мир
в его непосредственности (чего мы, говоря откровенно,
не допускаем), или же, наоборот, мы имеем здесь пример крайнего доктринерства, приводящего к самоослеплению и самогипнозу, типичное состояние философической «прелести».
Мы считаем
такое понимание весьма односторонним, за него была покарана еще философия Гегеля, притязавшая философски дедуцировать все эмпирическое бытие и обанкротившаяся на этом притязании (от него был свободен, до известной
степени, даже философский отец имманентизма Кант, утверждавший непознаваемую Ding an sich [Вещь
в себе (нем.) — термин философии И. Канта.], которая есть
не что иное, как объект мышления, ему неадекватный).
Как и
в прочем невозможно мыслить что-либо, если думать о чуждом и заниматься другим, и ничего нельзя присоединять к предмету мысли, чтобы получился самый этот предмет, —
так же следует поступать и здесь, ибо, имея представление другого
в душе, нельзя этого мыслить вследствие действия представления, и душа, охваченная и связанная другим,
не может получить впечатления от представления противоположного; но, как говорится о материи, она должна быть бескачественна, если должна воспринимать образы (τύπους) всех вещей, также и душа должна быть
в еще большей
степени бесформенна, раз
в ней
не должно быть препятствия для ее наполнения и просвещения высшей (της πρώτης) природой.
Он
не имеет
в себе ничего большего или низшего, но есть — с какой угодно стороны — μονάς и,
так сказать, ένας [Неделимое… единое (греч.).]… сложностью до некоторой
степени ограничивалась бы и нарушалась бы простота божественной природы» [Ibid, § 6.].
Другими словами, Бог как Абсолютное совершенно свободен от мира, или «премирен», им ни
в какой
степени не обусловливается и
в нем
не нуждается [Отношение между тварью и Абсолютным может быть помощью математического символа бесконечности оо выражено
так: оо + любая конечная величина или тварь = оо, следовательно, тварь для бесконечности,
в сравнении с бесконечностью = 0, оставаясь для себя величиной.
Столь же
в бемовском духе развито и следующее объяснение мирового зла и несовершенства из божественной полноты: «На вопрос, почему Бог
не создал всех людей
таким образом, чтобы они руководствовались одним только разумом, у меня нет другого ответа, кроме следующего: конечно, потому что у него было достаточно материала для сотворения всего, от самой высшей
степени совершенства до самой низшей; или, прямее говоря, потому, что законы природы его настолько обширны, что их было достаточно для произведения всего, что только может представить себе бесконечный ум» (ib., 62)134.].
Но неопределенное определяется и некоторым положительным суждением, и как для глаза темное есть материя всякой невидимой краски,
так и душа устраняет все, что подобно свету
в чувственно воспринимаемых вещах, и,
не имея уже определения, подобна зрению, сохраняющемуся до известной
степени и
в темноте.
Не то чтобы христианство вышло из одного только иудейства, оно
в такой же
степени имеет
в качестве своей предпосылки и язычество; лишь потому его возникновение есть великое всемирно-историческое событие» (ib., 78).
Итак, «воскресение первое», о котором говорит Апокалипсис, представляет собой до известной
степени противоположность тому, о чем идет речь
в «проекте» Федорова как о трудовом, постепенном воскрешении: там предполагается, по всей видимости, воскресение душевно-духовное, но еще
не телесное, здесь же именно телесное, и только телесное, которое, однако, будто бы должно явиться и духовным. И вполне позволительно поставить вопрос: следует ли стремиться к
такому воскрешению?
Неточные совпадения
В гостином дворе сделалась толкотня, чуть
не давка; образовалось даже гулянье, до
такой степени наехало экипажей.
— А уж у нас,
в нашей губернии… Вы
не можете себе представить, что они говорят обо мне. Они меня иначе и
не называют, как сквалыгой и скупердяем первой
степени. Себя они во всем извиняют. «Я, говорит, конечно, промотался, но потому, что жил высшими потребностями жизни. Мне нужны книги, я должен жить роскошно, чтобы промышленность поощрять; а этак, пожалуй, можно прожить и
не разорившись, если бы жить
такой свиньею, как Костанжогло». Ведь вот как!
Один какой-то сел прямо за стол, даже
не поклонившись Катерине Ивановне, и, наконец, одна личность, за неимением платья, явилась было
в халате, но уж это было до
такой степени неприлично, что стараниями Амалии Ивановны и полячка успели-таки его вывести.
Редко судьба сталкивала его с женщиною
в обществе до
такой степени, чтоб он мог вспыхнуть на несколько дней и почесть себя влюбленным. От этого его любовные интриги
не разыгрывались
в романы: они останавливались
в самом начале и своею невинностью, простотой и чистотой
не уступали повестям любви какой-нибудь пансионерки на возрасте.
«Да, пройдет время, всё устрояющее время, и отношения восстановятся прежние, — сказал себе Алексей Александрович, — то есть восстановятся
в такой степени, что я
не буду чувствовать расстройства
в течении своей жизни.