Неточные совпадения
Как будто от луча света, упавшего с высоты и свыше озарившего собою
мир, загорается в душе сознание
мира божественного, а вместе и установляется
грань между. горним и дольним, их разделяющая, но вместе и соединяющая.
Он есть событие, которое совершается на
грани двух
миров, в нем соприкоснувшихся (Вяч.
Между Абсолютным и относительным пролегает
грань творческого да будет, и поэтому
мир не представляет собой пассивного истечения эманации Абсолютного, как бы пены на переполненной чаше, но есть творчески, инициативно направленная и осуществленная эманация [Иногда различие между творением и эманацией пытаются связывать с противоположностью свободы и необходимости в Боге.
Грань между
миром и Богом стирается,
мир тогда есть меон Бога, — мы приходим к пантеизму с проистекающим из него либо акосмизмом, либо атеизмом.
Но поставляя рядом с Собой
мир вне-Божественный, Божество тем самым полагает между Собою и
миром некую
грань, и эта
грань, которая по самому понятию своему находится между Богом и
миром, Творцом и тварью, сама не есть ни то, ни другое, а нечто совершенно особое, одновременно соединяющее и разъединяющее то и другое (некое μεταξύ [Букв.: между, находящийся в промежутке (греч.).
Христианство научает постигать
мир не только как ризу Божества или космос, но и как «
мир сей», темницу для духа, оно вселяет в души жажду освобождения от
мира, стремление к прорыву за его
грани.
Искусство иерархически стоит выше хозяйства, ибо область его находится на
грани двух
миров. Оно зрит нездешнюю красоту и ее являет этому
миру; оно не чувствует себя немотствующим и сознает свою окрыленность.
Неточные совпадения
На
грани двух столетий, // На переломе двух
миров.
Верно было бы сказать, что у меня есть напряженная устремленность к трансцендентному, к переходу за
грани этого
мира.
Человек, отдавшийся чувственному
миру, если он тонок и глубок, приходит к кризису чувственности, очень знаменательному, переводящему уже за
грани чувственного
мира.
Человек, предоставленный самому себе, хочет себя перерасти, рвется за
грани этого
мира, но всегда оказывается трагически беспомощным.
Истинное творчество не может быть торжеством индивидуализма, творчество всегда переходит
грани индивидуальности, оно церковно по существу, оно есть общение с душою
мира.