Неточные совпадения
В сравнении с таким отсутствием религиозного вкуса нельзя не отметить относительной проницательности у Гегеля, который
в «Философии религии» дает высокую оценку значению «культа», а
в его
составе, конечно, и молитвы [См.: Гегель.
Между тем, строго говоря, между религиозной верой и «мистическим эмпиризмом» столь же мало общего, как и вообще между верой и познанием,
в составе коего интуиция есть, действительно, совершенно неустранимый элемент.
Идеи отрицательного богословия входят
в состав каббалистического учения об абсолютном Ничто (en-soph) [Другое (и более точное) значение Эн-Соф — бесконечное.
Это становится ясно, если брать эти учения
в их полном
составе, имея
в виду у них не только отрицательное, но и положительное богословие
в их взаимном соотношении.
Учение Мальбранша, несомненно, очень глубокое и правильное, по своему устремлению представляет собой как бы доказательство от противного
в пользу гносеологии софийной.] есть только одна из проблем, входящих
в состав общего вопроса о софийности мира.
За вратами преображения останется и умрет окончательной смертью многое из того, что теперь неотъемлемо входит
в состав нашего бытия.
Конечно, можно говорить и о «вечном Сократе», разумея вечное
в Сократе, т. е. его идейное общее и, следовательно, родовое содержание и его качественно определенную личность, входящую
в состав родового организма.
Разговор с сестрой Макриной» дает следующий ответ на некоторые недоразумения, связанные с вопросом об индивидуальном характере тел воскресения: «Душа, естественное свойство стихий, стекающихся
в состав того тела, с которым она была соединена, знает и по разложении их.
Тройственный
состав души: воля, ум и чувство — Добро, Истина и Красота, —
в своей нераздельности свидетельствует об этом единстве (блаж.
Образ Божий
в человеке связан не только с тройственностью его духовного
состава, но и с ипостасностъю духа.
Думаю, что
в Божественном Писании
в сказанном преподается некий великий и возвышенный догмат, и он таков: человеческое естество есть среднее между двух некиих, одно от другого разделенных и стоящих на самых крайностях, между естеством Божественным и бестелесным, и между жизнию бессловесною и скотскою, потому что
в человеческом
составе можно усматривать часть и того, и другого из сказанных естеств, из Божественного — словесность и разумность, что не допускает разности
в мужском и женском поле, и из бессловесного — телесное устроение и образование, разделяемое на мужской и женский пол.
И та, и другая стихия духа, — и гениальность, и талантливость, — потенциально присущи каждому человеку, образуют духовный его
состав, однако с разной степенью явности и активности (ведь и для того, чтобы понимать гениальные творения, надо находить
в себе для них отзвук и как бы сопутствовать гению
в его восхождении).
Эта общая поврежденность жизни с очевидностью обнаруживается
в смерти: ничто сделалось настолько актуальным
в человеке, что получило силу разлагать его
состав, стала обнажаться изнанка его бытия — небытие.
Цель не есть просто воскресение личного
состава человека, а восстановление его
в должном виде, именно
в таком состоянии,
в котором все части его и отдельные единицы не исключают и не сменяют, а, напротив, сохраняют и восполняют друг друга» (Письма
В. С. Соловьева.
Однако если брать не все содержание этого глубокого учения
в полном
составе, но лишь центральную ею идею — «проект» воскрешения, то нетрудно видеть, что
в ней ставится проблема о пределах хозяйства.
Отдельный человеческий индивид есть не только самозамкнутый микрокосм, но и часть целого, именно он входит
в состав мистического человеческого организма, по выражению Каббалы, Адама-Кадмона [Этому соответствует на языке позитивизма Grand etre О. Конта, истолкованное по-своему Вл. Соловьевым.
После совершившегося боговоплощения таким всесовершенным всечеловеческим всеорганизмом является Господь Иисус Христос: входя
в Церковь, которая есть Тело Его, человек входит
в состав этого абсолютного организма, по отношению к коему первоначальное мистическое единство Адама-Кадмона является как бы низшей, природной основой.
В нем действительно не дается еще ответа на религиозную проблему общественности,
в которой речь идет столько же о равенстве, сколько и об иерархическом различии человечества, или, иначе выражая ту же мысль, не только о духовном, но и о душевном человеке,
в состав которого входит и его мистическая органичность.
Последнее же возможно лишь при том условии, если человек ощутит себя
в составе всечеловеческой плоти, приобщившись некоему природному таинству органической общественности и осознав себя, вопреки своему обособлению, как живую клетку живого организма.
Неточные совпадения
Горы и пропасти созданы тоже не для увеселения человека. Они грозны, страшны, как выпущенные и устремленные на него когти и зубы дикого зверя; они слишком живо напоминают нам бренный
состав наш и держат
в страхе и тоске за жизнь. И небо там, над скалами и пропастями, кажется таким далеким и недосягаемым, как будто оно отступилось от людей.
— О торговле, об эманципации женщин, о прекрасных апрельских днях, какие выпали нам на долю, и о вновь изобретенном
составе против пожаров. Как это вы не читаете? Ведь тут наша вседневная жизнь. А пуще всего я ратую за реальное направление
в литературе.
И Боже мой, какими знаниями поменялись они
в хозяйственном деле, не по одной только кулинарной части, но и по части холста, ниток, шитья, мытья белья, платьев, чистки блонд, кружев, перчаток, выведения пятен из разных материй, также употребления разных домашних лекарственных
составов, трав — всего, что внесли
в известную сферу жизни наблюдательный ум и вековые опыты!
Потом он задумывался, задумывался все глубже. Он чувствовал, что светлый, безоблачный праздник любви отошел, что любовь
в самом деле становилась долгом, что она мешалась со всею жизнью, входила
в состав ее обычных отправлений и начинала линять, терять радужные краски.
Возмущенные соки мыслию стремилися, мне спящу, к голове и, тревожа нежный
состав моего мозга, возбудили
в нем воображение. Несчетные картины представлялись мне во сне, но исчезали, как легкие
в воздухе пары. Наконец, как то бывает, некоторое мозговое волокно, тронутое сильно восходящими из внутренних сосудов тела парами, задрожало долее других на несколько времени, и вот что я грезил.