Неточные совпадения
Да и велик ли распад? Привожу
в свидетели эти
записи. Они отрывочны, но ведь я же
не писатель! Разве
в них какие-нибудь безумные мысли? По-моему, я рассуждаю совершенно здраво.
На рассвете 14 февраля 1918 года
в далеком маленьком городке я прочитал эти
записи Сергея Полякова. И здесь они полностью, без всяких каких бы то ни было изменений. Я
не психиатр, с уверенностью
не могу сказать, поучительны ли они, нужны ли? По-моему, нужны.
Теперь, когда прошло десять лет, жалость и страх, вызванные
записями, конечно, ушли. Это естественно. Но, перечитав эти записки теперь, когда тело Полякова давно истлело, а память о нем совершенно исчезла, я сохранил к ним интерес. Может быть, они нужны? Беру на себя смелость решить это утвердительно. Анна К. умерла
в 1922 году от сыпного тифа и на том же участке, где работала. Амнерис — первая жена Полякова — за границей. И
не вернется.
Неточные совпадения
— Вот вы пишете: «Двух станов
не боец» — я
не имею желания быть даже и «случайным гостем» ни одного из них», — позиция совершенно невозможная
в наше время!
Запись эта противоречит другой, где вы рисуете симпатичнейший образ старика Козлова, восхищаясь его знанием России, любовью к ней. Любовь, как вера, без дел — мертва!
— Я знаю, это вам тетушка успела наговорить. Это ложь, ей-богу, ложь! Никакой дарственной
записи дядюшка
не делал. Хотя, правда,
в завещании и упоминается о какой-то
записи; но где же она? никто
не представил ее. Я вам это говорю потому, что искренно желаю вам добра. Ей-богу, это ложь!
Опекуну она
не давала сунуть носа
в ее дела и,
не признавая никаких документов, бумаг,
записей и актов, поддерживала порядок, бывший при последних владельцах, и отзывалась
в ответ на письма опекуна, что все акты,
записи и документы записаны у ней на совести, и она отдаст отчет внуку, когда он вырастет, а до тех пор, по словесному завещанию отца и матери его, она полная хозяйка.
В екатерининские времена на этом месте стоял дом,
в котором помещалась типография Н. И. Новикова, где он печатал свои издания. Дом этот был сломан тогда же, а потом,
в первой половине прошлого столетия, был выстроен новый, который принадлежал генералу Шилову, известному богачу, имевшему
в столице силу, человеку, весьма оригинальному: он
не брал со своих жильцов плату за квартиру, разрешал селиться по сколько угодно человек
в квартире, и никакой
не только прописки, но и
записей жильцов
не велось…
Через несколько минут мы сидели у огня, ели рыбу и пили чай. За этот день я так устал, что едва мог сделать
в дневнике необходимые
записи. Я просил удэгейцев
не гасить ночью огня. Они обещали по очереди
не спать и тотчас принялись колоть дрова.