– Ассала-малейкум! – Седые усы свесились вниз к углам губ. Седая жидкая бородёнка, жёлтый, морщинистый, грязный лоб. Едва ли не прокажённый.
Нас не напугать трудностями, – поклонился пожилой сморщенный ханец с длинной куцей бородёнкой.
– Чего надобно? – спросил он строго, вздёрнув вверх козлиную бородёнку.