Из богадельни он временно перебрался к барину и, несмотря на свои большие годы, оказался очень полезным. Вадим Петрович не мог выносить глупого голоса и запаха сапог дворника Капитона. Тот употреблялся только для посылок, в комнаты его не допускали; но у Левонтия хватало ловкости и расторопности делать припарки, укутывать ноги больного, укладывать его в постель. Лебедянцев предлагал сиделку, но больной протестовал...
Это была какая-то дикая энергия, лишенная всякого содержания, так что даже Бородавкин, несмотря на свою расторопность, несколько усомнился в достоинстве ее.
Не могу нахвалиться расторопностью и радушием здешних ямщиков: они не знают, как принять проезжего, где посадить, и угощают, чем богаты, — сальной свечкой, лучиной, скамьей.
А в командировках я точно что не бывал ни разу, — вот с вашим братом, значит. Оно хоть, скажем, дело-то нехитрое, а все же, знаете, инструкции надо усвоить, да и расторопность нужна. Ну, хорошо…
Хоть бы веслами работать умели — на Неву или на Волгу перевозчиками бы нанялись или, если бы расторопность была, — поступили бы в дворники, а то мостовую мостить, с шарманкой ходить, раек показывать пошли бы, когда уж больно тошно приходится им в своей-то среде…
Но русские настойчивые ребята, и стали по донесениям местных крестьян, которые поддерживали пресвященных шведов, а не варваров, строить волок по которому при должной расторопности и усердии они смогли бы переправить свои судёнышки обладающие осадкой всего в пять футов на другой край полуострова и уже оттуда, куда глубокосидящие шведские линейные корабли не могли сунуться в виду своей осадки двигаться дальше.
Если я не проявлю расторопности, мне спокойно пришьют убийство.
Передвижение, перевозки были слабыми, хотя расширение путей было сделано с необыкновенной расторопностью.
Но русские настойчивые ребята, и стали по донесениям местных крестьян, которые поддерживали пресвященных шведов, а не варваров, строить волок по которому при должной расторопности и усердии они смогли бы переправить свои судёнышки обладающие осадкой всего в пять футов на другой край полуострова и уже оттуда, куда глубокосидящие шведские линейные корабли не могли сунуться в виду своей осадки двигаться дальше.