Неточные совпадения
В дверях гостиной наткнулись они еще на подростка — в солдатском мундире,
очках, с
большим количеством прыщей на красном, потном лице. Он хлопнул каблуками.
На дворе он заметил только бледнолицего брюнета в
очках, из «их толка», да старца с
большой бородой, в старомодной шинели и шапке, из-под которой падали на воротник длинные с проседью волосы.
Тем не менее в одно из ближайших воскресений он пошел на Плющиху и с колотящимся сердцем взобрался на голубятню, на чердачный этаж старого деревянного московского дома. Надевши на нос
большие очки, скрепленные на сломанной пережабинке куском сургуча, Миртов охотно и внимательно прочитал произведение своего молодого приятеля. Читал он вслух и, по старой привычке, немного нараспев, что придавало сюите важный, глубокий и красиво-печальный характер.
Тут же сидела и Абрамовна. Убрав чай, она надела себе на нос
большие очки, достала из шкафа толстый моток ниток и, надев его на свои старческие колени, начала разматывать.
Очень глубокий старик, всегда в сером халате с голубыми отворотами, с открытою волосатою грудью; длинная рыжевато-седая борода, на выцветших глазах
большие очки с огромною силою преломления, так что глаза за нами всегда казались смещенными. Быстрый, живой, умный, очень образованный. С давящимся хохотом, — как будто его душат, а он в это время хохочет.
Неточные совпадения
Зосимов был высокий и жирный человек, с одутловатым и бесцветно-бледным, гладковыбритым лицом, с белобрысыми прямыми волосами, в
очках и с
большим золотым перстнем на припухшем от жиру пальце.
А у людей она слыхала, // Что это зло ещё не так
большой руки: // Лишь стоит завести
Очки.
Бывало, как досыта набегаешься внизу по зале, на цыпочках прокрадешься наверх, в классную, смотришь — Карл Иваныч сидит себе один на своем кресле и с спокойно-величавым выражением читает какую-нибудь из своих любимых книг. Иногда я заставал его и в такие минуты, когда он не читал:
очки спускались ниже на
большом орлином носу, голубые полузакрытые глаза смотрели с каким-то особенным выражением, а губы грустно улыбались. В комнате тихо; только слышно его равномерное дыхание и бой часов с егерем.
Старик, вежливо улыбаясь, свертывал рукопись трубочкой, скромно садился на стул под картой России и полчаса, а иногда
больше, слушал беседу сотрудников, присматривался к людям сквозь толстые стекла
очков; а люди единодушно не обращали на него внимания.
Идет вереница раненых, во главе их
большая, толстая сестра милосердия в золотых
очках.