Из-под пальто выходило узкое, песочного цвета, тяжелое платье: спереди настолько высокое, что вся нога, в башмаках с пряжками и цветных шелковых чулках, была видна.
Сквозь эти расчеты и соображения нет-нет то мелькнет лицо Палтусова, то вспомнится голос и та минута, когда он так быстро и ново для нее поцеловал ей руку выше кисти. И та минута, когда она стояла на лестнице и рассердилась еще сильнее на свое песочное платье. Теперь она опять слегка покраснела.
А главное, ведь она свободная и одинокая молодая женщина. Разве она может считать себя обязанной чем-нибудь перед Виктором Миронычем?.. Палтусов вспомнил тут разговор с ней в амбаре, в начале осени, когда они остались вдвоем на диване… Какая она тогда была милая… Только песочное платье портило. Но она и одеваться стала лучше…
Золотистый песок и серо-голубое море с кроткими волнами, лижущими берег, уже ожидали вторжения отдыхающих, которые принесут с собой шезлонги, станут строить песочные замки, кататься на осликах и наслаждаться мороженым.
– Потренироваться на тебе? – улыбнулась я, а потом заметила большой столб в форме песочных часов, около которого толпились люди.
Она была худой, как английская борзая, с волосами песочного цвета, а дружелюбное и гостеприимное выражение, казалось, намертво приклеилось к её лицу.
Золотистый песок и серо-голубое море с кроткими волнами, лижущими берег, уже ожидали вторжения отдыхающих, которые принесут с собой шезлонги, станут строить песочные замки, кататься на осликах и наслаждаться мороженым.