Неточные совпадения
Стало быть, и мои итоги не могли выйти вполне объективными, когда я оставлял Дерпт. Но я был поставлен в условия большей умственной и, так сказать, бытовой свободы. Я приехал уже
студентом третьего курса, с серьезной, определенной целью, без всякого национального или сословного задора, чтобы воспользоваться как можно
лучше тем «академическим» (то есть учебно-ученым) режимом, который выгодно отличал тогда Дерпт от всех университетов в России.
Он мог подаваться, особенно после событий 1861–1862 годов, в сторону охранительных идей, судить неверно, пристрастно обо многом в тогдашнем общественном и чисто литературном движении; наконец, у него не было широкого всестороннего образования, начитанность, кажется, только по-русски (с прибавкой, быть может, кое-каких французских книг), но в пределах тогдашнего русского «просвещения» он был совсем не игнорант, в нем всегда чувствовался московский
студент 40-х годов: он был искренно предан всем лучшим заветам нашей литературы, сердечно чтил Пушкина, напечатал когда-то критический этюд о Гоголе, увлекался с юных лет театром, считался
хорошим актером и был прекраснейший чтец «в лицах».
Французская труппа (уже знакомая мне и раньше, в мои приезды
студентом) считалась тогда после парижской"Comedie Francaise"едва ли не
лучше таких театров Парижа, как"Gymnase"и"Vaudeville".
Эта молодежь была все-таки гораздо
лучше подготовлена, чем
студенты.
Наружность Ледрю казалась в молодости эффектной, а тут передо мной был плотный, пожилой француз, с лицом и повадкой, я сказал бы, богатого рантье. Узнав, что я долго жил среди парижской учащейся молодежи, он стал говорить, что
студенты, вместо того чтобы ходить по балам и шантанам, готовились бы
лучше к революционному движению.
С этого времени я в аудитории пользовался величайшей симпатией. Сперва я слыл за
хорошего студента; после маловской истории сделался, как известная гоголевская дама, хороший студент во всех отношениях.
Неточные совпадения
— И всего
лучше. Ну, а там —
студенты, учитель, чиновник один, музыкант один, офицер, Заметов…
— Вот, например, англичане:
студенты у них не бунтуют, и вообще они — живут без фантазии, не бредят, потому что у них — спорт. Мы на Западе плохое — хватаем, а
хорошего — не видим. Для народа нужно чаще устраивать религиозные процессии, крестные хода. Папизм — чем крепок? Именно — этими зрелищами, театральностью. Народ постигает религию глазом, через материальное. Поклонение богу в духе проповедуется тысячу девятьсот лет, но мы видим, что пользы в этом мало, только секты расплодились.
—
Студент. Очень
хороший человек, — сказала она, и гладкий лоб ее рассекла поперечная морщина, покрасневшая, как шрам. — Очень, — повторила она. — Товарищ Яков…
Студенты говорили, что, с его поступлением, партия
хороших профессоров заметно усилилась.
16 лет он приехал в Петербург обыкновенным,
хорошим, кончившим курс гимназистом, обыкновенным добрым и честным юношею, и провел месяца три — четыре по — обыкновенному, как проводят начинающие
студенты.