Неточные совпадения
Это"послание"
имело сенсационный
успех, разошлось во множестве списков, и я встречал казанцев — двадцать, тридцать лет спустя, — которые его помнили чуть
не наизусть.
И он был типичный москвич, но из другого мира — барски-интеллигентного, одевался франтовато, жил холостяком в квартире с изящной обстановкой, любил поговорить о литературе (и сам к этому времени стал пробовать себя как сценический автор), покучивал, но
не так, как бытовики,
имел когда-то большой
успех у женщин.
За бенефисный вечер Садовского я нисколько
не боялся, предвидел
успех бенефицианта, но
не мог предвидеть того, что и на мою долю выпадет прием, лучше которого я
не имел в Малом театре в течение целых сорока лет, хотя некоторые мои вещи ("Старые счеты","Доктор Мошков","С бою","Клеймо") прошли с большим
успехом.
Ал. Григорьев по-прежнему восторгался народной"почвенностью"его произведений и ставил творца Любима Торцова чуть
не выше Шекспира. Но все-таки в Петербурге Островский был для молодой публики сотрудник"Современника". Это одно
не вызывало, однако, никаких особенных восторгов театральной публики. Пьесы его всего чаще
имели средний
успех.
Не помню, чтобы за две зимы — от 1861 по 1863 год — я видел, как Островский появлялся в директорской ложе на вызовы публики.
В память моих
успехов в Дерпте, когда я был"первым сюжетом"и режиссером наших студенческих спектаклей (играл Расплюева, Бородкина, городничего, Фамусова), я мог бы претендовать и в Пассаже на более крупные роли. Но я уже
не имел достаточно времени и молодого задора, чтобы уходить с головой в театральное любительство. В этом воздухе интереса к сцене мне все-таки дышалось легко и приятно. Это только удваивало мою связь с театром.
Мы видались с Балакиревым в мое дерптское время каждый год. Проезжая Петербургом туда и обратно, я всегда бывал у него, кажется, раз даже останавливался в его квартире. Жил он холостяком (им и остался до большой старости и смерти), скромно, аккуратно, без всякого артистического кутежа, все с теми же своими маленькими привычками. Он уже
имел много уроков, и этого заработка ему хватало. Виртуозным тщеславием он
не страдал и
не бился из-за великосветских
успехов.
И когда сам Вагнер к зиме 1862–1863 года явился в Петербург, где дал несколько концертов под своим дирижерством, причем
имел очень шумный
успех, наши народники-реалисты, найдя его прекрасным капельмейстером, вовсе
не преклонялись перед ним как перед композитором,
не искали его знакомства,
не приглашали его к себе.
Что я был еще молод —
не могло меня удерживать. Я уже более двух лет как печатался, был автором пьес и романа, фельетонистом и наблюдателем столичной жизни. Издание журнала давало более солидное положение, а о возможности неудачи я недостаточно думал. Меня
не смущало и то, что я-по тогдашнему моему общественно-политическому настроению —
не имел еще в себе задатков руководителя органа с направлением, которое тогда гарантировало бы
успех.
Быстрый
успех в Лондоне лет пятнадцать перед тем он
имел сразу, явившись Гамлетом в такой гримировке и в таком костюме, каких никто еще
не пускал в ход на лондонских сценах.
Я знал одного градоначальника, который хотя и отлично знал законы, но
успеха не имел, потому что от туков, во множестве скопленных в его внутренностях, задыхался.
Когда появилось в печати «Путешествие в Арзрум», где Пушкин так увлекательно описал тифлисские бани, Ламакина выписала из Тифлиса на пробу банщиков-татар, но они у коренных москвичей, любивших горячий полок и душистый березовый веник, особого
успеха не имели, и их больше уже не выписывали. Зато наши банщики приняли совет Пушкина и завели для любителей полотняный пузырь для мыла и шерстяную рукавицу.
Не знаю, так ли объяснил братец (он у нас привык обо всем в ироническом смысле говорить, за что и по службе
успеха не имел), но ежели так, то, по-моему, это очень хорошо.
«Дикая Америка» в Москве, видавшей цыганские таборы и джигитовку казаков,
успеха не имела. Я исполнил просьбу и вообще ни строчки не написал о «Дикой Америке», не хотел обижать знакомого мне антрепренера, отца Я.А. Фейгина, который показался очень симпатичным и милым, а главное, жаль было оставить голодными на чужой стороне привезенных индейцев.
Неточные совпадения
На людей нынешнего века он смотрел презрительно, и взгляд этот происходил столько же от врожденной гордости, сколько от тайной досады за то, что в наш век он
не мог
иметь ни того влияния, ни тех
успехов, которые
имел в свой.
Он был совершенно новый человек в кругу дворян, но, очевидно,
имел успех и
не ошибался, думая, что приобрел уже влияние между дворянами.
—
Не думаю, опять улыбаясь, сказал Серпуховской. —
Не скажу, чтобы
не стоило жить без этого, но было бы скучно. Разумеется, я, может быть, ошибаюсь, но мне кажется, что я
имею некоторые способности к той сфере деятельности, которую я избрал, и что в моих руках власть, какая бы она ни была, если будет, то будет лучше, чем в руках многих мне известных, — с сияющим сознанием
успеха сказал Серпуховской. — И потому, чем ближе к этому, тем я больше доволен.
Даже
не было надежды, чтоб ее пригласили, именно потому, что она
имела слишком большой
успех в свете, и никому в голову
не могло прийти, чтоб она
не была приглашена до сих пор.
— Может быть, ты бы
не признавался, если бы
не имел успеха, — сказал Вронский.