Неточные совпадения
Деревня была для нас
символом приволья, свободы от срочных занятий, простора, прогулок, картин крестьянской
жизни, сельских работ, охоты, игр с ребятишками, искания ягод, цветов, трав. И попутно весь быт выступал перед вами, до самых его глубоких устоев, до легенд и поверий древнеязыческого склада.
Привлекал университет, и прежде всего потому, что он для нас являлся
символом нашего освобождения от запретов и зависимости
жизни «малолетков», от унизительного положения школьников, от домашнего надзора, хотя в последнее полугодие я и дома состоял уже почти что на правах взрослого.
Половецкий сидел на обрубке дерева и долго смотрел на огонь, в котором для него всегда было что-то мистическое, как
символ жизни. Ведь и человек так же сгорает, как горели сейчас дрова. И жизнь, и обновление, и перемена только формы существования.
Неточные совпадения
Очень труден и драматичен вопрос об отношении двух великих
символов в
жизни общества:
символа «хлеба» и
символа «свободы».
Что вы знаете или мните о природе вещей, лежит далеко в стороне от области религии: воспринимать в нашу
жизнь и вдохновляться в этих воздействиях (вселенной) и в том, что они пробуждают в нас, всем единичным не обособленно, а в связи с целым, всем ограниченным не в его противоположности иному, а как
символом бесконечного — вот что есть религия; а что хочет выйти за эти пределы и, напр., глубже проникнуть в природу и субстанцию вещей, есть уже не религия, а некоторым образом стремится быть наукой…
Никогда нельзя сказать про человека, действительно прикоснувшегося к церковной
жизни, что для него догматы суть только учение или рациональные схемы, логические
символы, ибо прикосновенность эта именно и означает реальную встречу Бога с человеком в живом личном опыте, личное мифотворчество.
Все, что во времени и пространстве, было для меня лишь
символом, знаком иного, иной
жизни, движения к трансцендентному.
А. Белый говорит в своих воспоминаниях: «
Символ „жены“ стал зарею для нас (соединением неба с землею), сплетаясь с учением гностиков о конкретной премудрости с именем новой музы, сливающей мистику с
жизнью» [Воспоминания А. Белого об А. Блоке, напечатанные в четырех томах «Эпопеи», — первоклассный материал для характеристики атмосферы ренессансной эпохи, но фактически в нем много неточного.].