Неточные совпадения
Ведь и я, и все почти русские, учившиеся в мое время (если они приехали из России, а не воспитывались в остзейском крае), знали
немцев, их корпоративный быт, семейные нравы и рельефные черты тогдашней балтийской культуры, и дворянско-сословной, и общебюргерской — больше из вторых рук, понаслышке, со стороны, издали, во всяком случае недостаточно, чтобы это
приводило к полной и беспристрастной оценке.
Я часто — и с особым интересом — изучал самый процесс испанского красноречия. У них совершенно другой мозговой аппарат, чем, например, у нас или у
немцев, англичан, — самой передачи умственных образов, артикуляции звуков. Она совершается у них с поражающей быстротой. И способность мыслить образами также совсем особенная. На банкете в Андалузии я стоял рядом с одним из ораторов, и этот образно-диалектический аппарат
приводил меня в крайнее изумление.
Неточные совпадения
Он живал в этом имении в детстве и в юности, потом уже взрослым два раза был в нем и один раз по просьбе матери
привозил туда управляющего-немца и поверял с ним хозяйство, так что он давно знал положение имения и отношения крестьян к конторе, т. е. к землевладельцу.
Нелепее, глупее ничего нельзя себе представить; я уверен, что три четверти людей, которые прочтут это, не поверят, [Это до такой степени справедливо, что какой-то
немец, раз десять ругавший меня в «Morning Advertiser»,
приводил в доказательство того, что я не был в ссылке, то, что я занимал должность советника губернского правления.
Должен сказать при этом, что собственно чорт играл в наших представлениях наименьшую роль. После своего появления старшему брату он нам уже почти не являлся, а если являлся, то не очень пугал. Может быть, отчасти это оттого, что в представлениях малорусского и польского народа он неизменно является кургузым
немцем. Но еще более действовала тут старинная большая книга в кожаном переплете («Печерский патерик»), которую отец
привез из Киева.
Появились и другие неизвестные люди. Их
привел неизвестно откуда Штофф. Во-первых, вихлястый худой
немец с бритою верхней губой, — он говорил только вопросами: «Что вы думаете? как вы сказали?» Штофф отрекомендовал его своим самым старым другом, который попал в Заполье случайно, проездом в Сибирь. Фамилия нового
немца была Драке, Федор Федорыч.
Проявления этой дикости нередко возмущали Райнера, но зато они никогда не
приводили его в отчаяние, как английские мокассары, рассуждения
немцев о национальном превосходстве или французских буржуа о слабости существующих полицейских законов. Словом, эти натуры более отвечали пламенным симпатиям энтузиаста, и, как мы увидим, он долго всеми неправдами старался отыскивать в их широком размахе силу для водворения в жизни тем или иным путем новых социальных положений.