Неточные совпадения
И сестра и я сохраняли интимную связь с нашими кормилицами и знали
своих молочных братьев и сестер. И прямо от деревенских, и через дворовых мы узнавали множество вещей про деревенскую
жизнь,
помнили в лицо мужиков из дальних деревень, их прозвища, их родство с дворовыми.
Помню и более житейский мотив такой усиленной писательской работы. Я решил бесповоротно быть профессиональным литератором. О службе я не думал, а хотел приобрести в Петербурге кандидатскую степень и устроить
свою жизнь — на первых же порах не надеясь ни на что, кроме
своих сил. Это было довольно-таки самонадеянно; но я верил в то, что напечатаю и поставлю на сцену все пьесы, какие напишу в Дерпте, до переезда в Петербург.
В зиму 1860–1861 года дружининские"журфиксы", сколько
помню, уже прекратились. Когда я к нему явился — кажется, за письмом в редакцию"Русского вестника", куда повез одну из
своих пьес, — он вел уже очень тихую и уединенную
жизнь холостяка, жившего с матерью, кажется, все в той же квартире, где происходили и ужины.
Неточные совпадения
Вронский никогда не знал семейной
жизни. Мать его была в молодости блестящая светская женщина, имевшая во время замужества, и в особенности после, много романов, известных всему свету. Отца
своего он почти не
помнил и был воспитан в Пажеском Корпусе.
— Эх, голубчик, чего ты убиваешься? Али наших сестер цыганок не ведаешь? Нрав наш таков, обычай. Коли завелась тоска-разлучница, отзывает душеньку во чужу-дальню сторонушку — где уж тут оставаться? Ты Машу
свою помни — другой такой подруги тебе не найти — и я тебя не забуду, сокола моего; а
жизнь наша с тобой кончена!
— Алешечка, поклонись
своему братцу Митеньке, да скажи ему, чтобы не
поминал меня, злодейку
свою, лихом. Да передай ему тоже моими словами: «Подлецу досталась Грушенька, а не тебе, благородному!» Да прибавь ему тоже, что любила его Грушенька один часок времени, только один часок всего и любила — так чтоб он этот часок всю
жизнь свою отселева
помнил, так, дескать, Грушенька на всю
жизнь тебе заказала!..
— Гм, гм! — промычал Ракитин, смеясь, — зарезала братца Митеньку, да еще велит на всю
жизнь свою помнить. Экое плотоядие!
А Дмитрий Федорович, которому Грушенька, улетая в новую
жизнь, «велела» передать
свой последний привет и заказала
помнить навеки часок ее любви, был в эту минуту, ничего не ведая о происшедшем с нею, тоже в страшном смятении и хлопотах.