Неточные совпадения
Хотя я и не мечтал еще тогда пойти со временем по чисто писательской дороге, однако, сколько
помню, я собирался уже тайно послать мой
рассказ в редакцию какого-то журнала, а может, и послал.
Сколько я
помню по
рассказам студентов того времени, и в Москве и в Петербурге до конца 50-х годов было то же отсутствие общего духа. В Москве еще в 60-е годы студенты выносили то, что им профессор Н.И.Крылов говорил „ты“ и язвил их на экзаменах своими семинарскими прибаутками до тех пор, пока нашелся один „восточный человек“ из армян, который крикнул ему...
В Дерпте, в нашей русской корпорации, мой юмористический
рассказ"Званые блины"произвел даже сенсацию; но доказательством, что я себя не
возомнил тогда же беллетристом, является то, что я целых три года не написал ни одной строки, и первый мой более серьезный опыт была комедия в 1858 году.
Он высказывался так обо мне в одной статье о беллетристике незадолго до своей смерти. Я
помню, что он еще в редакции"Библиотеки для чтения", когда печатался мой"В путь-дорогу", не раз сочувственно отзывался о моем"письме". В той же статье, о какой я сейчас упомянул, он считает меня в особенности выдающимся как"новеллист", то есть как автор повестей и
рассказов.
Тогда я его после появления в редакции с
рассказом"Старьевщик"что-то мало
помню в Петербурге. Больше он у меня, если не ошибаюсь, не печатал ничего.
Был ли он"другом"великого романиста, в нашем русском (а не французском) смысле, — я не знаю и не проверял, но
помню только, что Тургенев в своих
рассказах и разговорах со мною никогда не упоминал имени Ж.Симона.
Из актеров членом комитета состоял И.Ф.Горбунов, часто исполнявший с эстрады свои
рассказы, а из художников
помню Микешина и архитекторов Щедрина и Правке, которого, уже стариком, нашел в Риме, где он поселился в конце 90-х годов.
Но забавнее всех я
помню рассказы про какого-то Хлопова: это был человек надменный, сухой, очень недалекий, но нахватавшийся вершков. Гордый своими удачами, прибыльщик этот ничего не относил к счастью, а все приписывал своим знаниям и сообразительности, которыми щеголял до того, что почти ни на один вопрос, как бы он прост ни был, не отвечал сразу, а говорил:
Неточные совпадения
Сколько я
помню, вчера, из этого
рассказа Заметова, мне половина дела выяснилась.
Они себя не
помнили от испуга, когда услышали, что он «сегодня сбежал», больной и, как видно из
рассказа, непременно в бреду!
Все это я выдумал, потому что решительно не
помнил, что мне снилось в эту ночь; но когда Карл Иваныч, тронутый моим
рассказом, стал утешать и успокаивать меня, мне казалось, что я точно видел этот страшный сон, и слезы полились уже от другой причины.
— На эту тему я читала
рассказ «Веревка», — сказала она. — Не
помню — чей? Кажется, автор — женщина, — задумчиво сказала она, снова отходя к окну, и спросила: — Чего же вы хотите?
Хомяков спорил до четырех часов утра, начавши в девять; где К. Аксаков с мурмолкой в руке свирепствовал за Москву, на которую никто не нападал, и никогда не брал в руки бокала шампанского, чтобы не сотворить тайно моление и тост, который все знали; где Редкин выводил логически личного бога, ad majorem gloriam Hegel; [к вящей славе Гегеля (лат.).] где Грановский являлся с своей тихой, но твердой речью; где все
помнили Бакунина и Станкевича; где Чаадаев, тщательно одетый, с нежным, как из воску, лицом, сердил оторопевших аристократов и православных славян колкими замечаниями, всегда отлитыми в оригинальную форму и намеренно замороженными; где молодой старик А. И. Тургенев мило сплетничал обо всех знаменитостях Европы, от Шатобриана и Рекамье до Шеллинга и Рахели Варнгаген; где Боткин и Крюков пантеистически наслаждались
рассказами М. С. Щепкина и куда, наконец, иногда падал, как Конгривова ракета, Белинский, выжигая кругом все, что попадало.