Неточные совпадения
Возня с цензурой входила тогда в самый
главный обиход редакционного дела, и я с первых же дней проходил всегда через эти мытарства сам, никому не поручая, до той
полосы моего редакторства, когда я сдал ведение дела Воскобойникову.
Материал этот не был разнообразнее, чем в предыдущую
полосу. Конечно, я знал больше народа и должен был войти с ним в более жизненные сношения; но все это касалось
главным образом (если не исключительно) моего журнала.
Неточные совпадения
— На втором полотне все краски обесцвечены, фигурки уже не крылаты, а выпрямлены; струистость, дававшая впечатление безумных скоростей, — исчезла, а
главное в том, что и картина исчезла, осталось нечто вроде рекламы фабрики красок — разноцветно тусклые и мертвые
полосы.
Эти протоки тянутся широкой
полосой по обе стороны реки и образуют такой лабиринт, в котором очень легко заблудиться, если не держаться
главного русла и польститься на какой-нибудь рукав в надежде сократить расстояние.
Кабинет, где теперь сидела Раиса Павловна, представлял собой высокую угловую комнату, выходившую тремя окнами на
главную площадь Кукарского завода, а двумя в тенистый сад, из-за разорванной линии которого блестела
полоса заводского пруда, а за ним придавленными линиями поднимались контуры трудившихся гор.
Главная, так называемая «генеральная» аллея, вся прелесть которой состояла в ее старых, широких липах и в массе тюльпанов, тянувшихся двумя пестрыми
полосами во всю ее длину, оканчивалась вдали желтым пятном. То была желтая каменная беседка, в которой когда-то был буфет с биллиардом, кеглями и китайской игрой. Мы бесцельно направились к этой беседке… У ее входа мы были встречены живым существом, несколько расстроившим нервы моих не храбрых спутников.
А когда он переправлялся на пароме через реку и потом, поднимаясь на гору, глядел на свою родную деревню и на запад, где узкою
полосой светилась холодная багровая заря, то думал о том, что правда и красота, направлявшие человеческую жизнь там, в саду и во дворе первосвященника, продолжались непрерывно до сего дня и, по-видимому, всегда составляли
главное в человеческой жизни и вообще на земле; и чувство молодости, здоровья, силы, — ему было только двадцать два года, — и невыразимо сладкое ожидание счастья, неведомого, таинственного счастья, овладевали им мало-помалу, и жизнь казалась ему восхитительной, чудесной и полной высокого смысла.