Неточные совпадения
С ним лично никаких
встреч у меня не было. Я бы затруднился сказать,
в каких литературных домах можно было его
встретить. Скорее разве у Краевского, после печатания"Обломова"; но это относилось еще к
концу 50-х годов.
Тогда
в"Библиотеке"ни он, ни мои ближайшие сотрудники, конечно, не могли бы себе представить этого тихого, улыбающегося юношу
в роли эмигранта, который считался вожаком целой партии. За границей я его никогда не
встречал ни
в первые годы его житья там, ни перед его
концом.
С Рикуром я долго водил знакомство и, сколько помню, посетил его и после войны и Коммуны.
В моем романе"Солидные добродетели"(где впервые
в нашей беллетристике является картина Парижа
в конце 60-х годов) у меня есть фигура профессора декламации
в таком типе, каким был Рикур. Точно такого преподавателя я потом не
встречал нигде: ни во Франции, ни
в других странах, ни у нас.
Мое поколение ставило его как писателя очень высоко. Я лично находился на промежутке десяти лет под впечатлением его"Обломова"(
в Дерпте,
в конце 50-х годов) и"Обрыва", прочитанного мною с большим подъемом интереса
в Швейцарии менее года назад, до нашей
встречи в Берлине на тротуаре берлинских Unter den Linden.
Если б моя личная жизнь после
встречи с С.А.Зборжевской не получила уже другого содержания, введя меня
в воздух интимных чувств, которого я много лет был совершенно лишен, я бы имел больше времени для работы романиста и мои"Дельцы"не затянулись бы так, что я и через год, когда с января 1872 года роман стал появляться
в"Отечественных записках", не довел его еще далеко до
конца и, больной, уехал
в ноябре месяце за границу.
У нас с Михайловым были
встречи в конце 1858 года и
в начале 1861 года, и оба раза
в Петербурге.
Его брата, врача, звали Павел Иванович. Первая наша
встреча случилась
в Париже
в конце 60-х годов
в Латинском квартале у моего ближайшего собрата
В.Чуйко, жившего тогда
в Париже корреспондентом русских газет.
Неточные совпадения
Конечно, вы не раз видали // Уездной барышни альбом, // Что все подружки измарали // С
конца, с начала и кругом. // Сюда, назло правописанью, // Стихи без меры, по преданью, //
В знак дружбы верной внесены, // Уменьшены, продолжены. // На первом листике
встречаешь // Qu’écrirez-vous sur ces tablettes; // И подпись: t. á. v. Annette; // А на последнем прочитаешь: // «Кто любит более тебя, // Пусть пишет далее меня».
Вот как мы сделались приятелями: я
встретил Вернера
в С… среди многочисленного и шумного круга молодежи; разговор принял под
конец вечера философско-метафизическое направление; толковали об убеждениях: каждый был убежден
в разных разностях.
В той комнате незначащая
встреча: // Французик из Бордо, надсаживая грудь, // Собрал вокруг себя род веча // И сказывал, как снаряжался
в путь //
В Россию, к варварам, со страхом и слезами; // Приехал — и нашел, что ласкам нет
конца;
За ужином она сидела на другом
конце стола, говорила, ела и, казалось, вовсе не занималась им. Но едва только Обломов боязливо оборачивался
в ее сторону, с надеждой, авось она не смотрит, как
встречал ее взгляд, исполненный любопытства, но вместе такой добрый…
Хозяйка села за самовар и сняла перчатки. Передвигая стулья с помощью незаметных лакеев, общество разместилось, разделившись на две части, — у самовара с хозяйкой и на противоположном
конце гостиной — около красивой жены посланника
в черном бархате и с черными резкими бровями. Разговор
в обоих центрах, как и всегда
в первые минуты, колебался, перебиваемый
встречами, приветствиями, предложением чая, как бы отыскивая, на чем остановиться.