Неточные совпадения
Сангвинический пошиб во всем преобладал. Тогда «первый комический
актер» (по номенклатуре Гоголя) действительно
играл как высокий комик, а не как резонер, который по-своему мудрит и подгоняет лицо, выхваченное из жизни, под свои личные теории, соображения, вкусы и приемы игры.
Бородкин врезался мне в память на долгие годы и так восхищал меня обликом, тоном, мимикой и всей повадкой Васильева, что я в Дерпте, когда начал
играть как любитель, создавал это лицо прямо по Васильеву. Это был единственный в своем роде бытовой
актер, способный на самое разнообразное творчество лиц из всяких слоев общества: и комик и почти трагик, если верить тем, кто его видал в ямщике Михаиле из драмы А.Потехина «Чужое добро впрок не идет».
В таких старых
актерах было что-то особенно прочное, веское, значительное и жизненное, чего теперь не замечается даже и в самых даровитых исполнителях. И по бытовому репертуару Степанов среди своих сверстников один и подошел по тону и говору. Задолго до создания лица Маломальского он уже знаменит был тем, как он
играл загулявшего ямского старосту в водевиле «Ямщики».
Здесь я брал уроки английского языка у одной из княжон, читал с ней Шекспира и Гейне, музицировал с другими сестрами, ставил пьесы,
играл в них как главный режиссер и
актер, читал свои критические этюды, отдельные акты моих пьес и очерки казанской жизни, вошедшие потом в роман"В путь-дорогу".
Он раньше, в Петербурге же,
играл Хлестакова в том знаменитом спектакле, когда был поставлен"Ревизор"в пользу"Фонда"и где Писемский (также хороший
актер) исполнял городничего, а все литературные"имена"выступали в немых лицах купцов, в том числе и Тургенев.
Тургеневу он не прощал и приятельства с таким"лодырем"(так он называл его), как Болеслав Маркевич — тогда еще не романист, а камер-юнкер, светский декламатор и актер-любитель, стяжавший себе громкую известность за роль Чацкого в великосветском спектакле в доме Белосельских, где он
играл с Верой Самойловой в роли Софьи.
Я его в первый раз увидал в переводной пьесе"Любовь и предрассудок", где он
играл актера Сюлливана, еще при жизни Максимова, уже больного.
Когда я сам сделался рецензентом, я стал громить и то и другое. И действительно, при разовой плате
актеры и актрисы бились только из-за того, чтобы как можно больше
играть, а при бенефисном режиме надо было давать каждую неделю новый спектакль и ставить его поспешно, с каких-нибудь пяти-шести репетиций.
Чернышев, автор"Испорченной жизни", был автор-самоучка из воспитанников Театральной школы, сам плоховатый
актер, без определенного амплуа, до того посредственный, что казалось странным, как он, знавший хорошо сцену, по-своему наблюдательный и с некоторым литературным вкусом, мог заявлять себя на подмостках таким бесцветным. Он немало
играл в провинции и считался там хорошим
актером, но в Петербурге все это с него слиняло.
Поэтому, когда он ставил пьесу — и на Александрийском театре, — он всегда был отменно доволен всеми исполнителями, даже и
актера Нильского похваливал. Раз они
играют в его пьесе — они должны быть безукоризненно хороши.
Выходило странно, но менее странно, чем с русскими
актерами, что началось уже в Москве, где юная Познякова-Федотова
играла с ним Дездемону.
На всех четырех-пяти лучших театрах Парижа (а всех их и тогда уже было более двух десятков)
играли превосходные
актеры и актрисы в разных родах. Теперь все они — уже покойники. Но кто из моих сверстников еще помнит таких артистов и артисток, как Лафон, старик Буффе, Арналь, Феликс, Жоффруа, Брассер, Леритье, Иасент, Фаргейль, Тьерре и целый десяток молодых актрис и
актеров, тот подтвердит то, что тогда театральное дело стояло выше всего именно в Париже.
На мою оценку (насколько можно было судить по одной роли из современного быта), он остался чисто парижским
актером, вроде Бертона-отца, который и
играл его роль во французском переводе пьесы Диккенса. Это была смесь романтического тона с тонкой дикцией и красивыми жестами.
В нем я узнавал
актеров и актрис тогдашнего Нижегородского театра: первый
актер Милославский, впоследствии известный антрепренер на юге, и сестры Стрелковы (в романе они называются Бушуевы), из которых старшая Ханея Ивановна попала в Московский Малый театр и
играла в моей комедии"Однодворец"уже в амплуа старух, нося имя своего мужа Таланова.
Неточные совпадения
Краса и гордость русская, // Белели церкви Божии // По горкам, по холмам, // И с ними в славе спорили // Дворянские дома. // Дома с оранжереями, // С китайскими беседками // И с английскими парками; // На каждом флаг
играл, // Играл-манил приветливо, // Гостеприимство русское // И ласку обещал. // Французу не привидится // Во сне, какие праздники, // Не день, не два — по месяцу // Мы задавали тут. // Свои индейки жирные, // Свои наливки сочные, // Свои
актеры, музыка, // Прислуги — целый полк!
Во время же игры Дарье Александровне было невесело. Ей не нравилось продолжавшееся при этом игривое отношение между Васенькой Весловским и Анной и та общая ненатуральность больших, когда они одни, без детей,
играют в детскую игру. Но, чтобы не расстроить других и как-нибудь провести время, она, отдохнув, опять присоединилась к игре и притворилась, что ей весело. Весь этот день ей всё казалось, что она
играет на театре с лучшими, чем она,
актерами и что ее плохая игра портит всё дело.
Холод сердито щипал лицо. Самгин шел и думал, что, когда Варвара станет его любовницей, для нее наступят не сладкие дни. Да. Она, вероятно, все уже испытала с Маракуевым или с каким-нибудь
актером, и это лишило ее права
играть роль невинной, влюбленной девочки. Но так как она все-таки
играет эту роль, то и будет наказана.
«
Актер?
Играет?» — мельком подумал Самгин.
Говорил он со вкусом и ловко, как говорят неплохие
актеры,
играя в «Плодах просвещения» роль того мужика, который жалуется: «Куренка, скажем, выгнать некуда». Когда Самгин отметил это, ему показалось, что и другие мужики театральны, готовы изображать обиженных и угнетенных.