Неточные совпадения
Матрена Ниловна не передала дочери своей наружности. Волос из-под надвинутого на лоб платка не было видно, но они у нее оставались по-прежнему русые, цвета орехового дерева, густые, гладкие и без седины. Брови, такого же цвета, двумя густыми кистями лежали над выпуклостями глазных орбит. Проницательные и впалые
глаза, серые, тенистые, с крапинками на зрачках, особенно молодили ее.
В крупном свежем рту сохранились зубы, твердые и белые, подбородок слегка
двоился.
Я выпучил на нее глаза; у меня
в глазах двоилось, мне мерещились уже две Альфонсины… Вдруг я заметил, что она плачет, вздрогнул и сообразил, что она уже очень давно мне говорит, а я, стало быть, в это время спал или был без памяти.
Хотел занести описание его в дневник, но не могу и откладываю до завтра. Голова трещит, руки дрожат и
в глазах двоится. Где-то слегка поправил себе глаз и теперь прикладываю к нему мокрую бумагу. Марья Дементьевна приготовляет горчичник для приставления мне на затылок. Делегат от просвирни, дьячок Ижеесишенский, спит в сарае непробудным сном. Чтобы привести его в чувство, кучера вылили на него два ушата воды, но ничего не помогло.
Неточные совпадения
Любопытство
в ее
глазах удвоилось.
Она чувствовала, что
в душе ее всё начинает
двоиться, как
двоятся иногда предметы
в усталых
глазах.
Когда общее веселье перешло
в сплошной гвалт и мельница превратилась
в настоящий кабак, Привалов ушел
в свой флигель. Он тоже был пьян и чувствовал, как перед
глазами предметы
двоились и прыгали.
Егорушка встряхнул головой и поглядел вокруг себя; мельком он увидел лицо Соломона и как раз
в тот момент, когда оно было обращено к нему
в три четверти и когда тень от его длинного носа пересекла всю левую щеку; презрительная улыбка, смешанная с этою тенью, блестящие, насмешливые
глаза, надменное выражение и вся его ощипанная фигурка,
двоясь и мелькая
в глазах Егорушки, делали его теперь похожим не на шута, а на что-то такое, что иногда снится, — вероятно, на нечистого духа.
Близкие, дорогие мне люди стали
в моих
глазах как-то
двоиться; эта девушка, —
в ней столько оригинального и славного, от ее присутствия на душе становится хорошо и светло, а между тем все, составляющее ее, мне хорошо известно, и ничего
в ней нет особенного: на ее мозге те же извилины, что и на сотнях виденных мною мозгов, мускулы ее так же насквозь пропитаны жиром, который делает столь неприятным препарирование женских трупов, и вообще
в ней нет решительно ничего привлекательного и поэтического.