Бутылку портеру, Миша. (Продолжает быстро рассказывать
мужчине.)…только она, милый мой, вышла, хвать — забыла хозяйку пивом угостить. Сейчас — назад, а уж он комод открыл, да и роется, все перерыл, все перерыл, думал — не скоро вернется… Она, милый мой, кричать, а он, милый мой, ей рот зажимать. Ну, все-таки хозяйка прибежала, да сама кричать, да дворника позвала; так его, милый мой, сейчас в участок… (Быстро прерывает.) Дай двугривенный.
Брось. Если женскому нраву потакать, так от
мужчины ничего не останется — только ему в рожу плюнуть. Пусть пошляется, а мы еще посидим.
Егорушка задавал себе неясные вопросы и думал, что
мужчине, наверное, хорошо, если возле него постоянно живет ласковая, веселая и красивая женщина.
Появились кокотки и кокодессы;
мужчины завели жилетки с неслыханными вырезками, которые совершенно обнажали грудь; женщины устраивали сзади возвышения, имевшие преобразовательный смысл и возбуждавшие в прохожих вольные мысли.