Неточные совпадения
Если зло и страдания жизни, смерть и ужас бытия не являются результатом предмирного преступления богоотступничества, великого греха всего творения, свободного избрания злого
пути, если нет коллективной ответственности всего творения за зло мира, нет круговой поруки, то теодицея [Теодицеей называется проблема оправдания
Бога, но само это словосочетание вызывает возражение.
Кроме
Бога и творения ничего и нет;
путь зла есть
путь творения, отпавшего от
Бога и погнавшегося за призраком своего оторванного бытия.
Вступив на
путь зла, люди стали не
богами, а зверями, не свободными, а рабами, попили во власть закона смерти и страдания.
Плоть этого мира и плоть каждого из нас должна быть спасена для вечности, а для этого нужно не уходить из этого мира в другой, не ждать переселения души и естественного ее бессмертия, а соединять этот мир с
Богом, участвовать в его вселенском спасении
путем истории, спасать плоть от смерти.
Человечество жаждало Спасителя, явления в мире самого
Бога, так как натуральные человеческие
пути были изжиты и привели к ужасу и мраку.
Идея прогресса и есть идея смысла истории, истории как
пути к
Богу, к благодатному концу, к Царству Божьему.
У нас есть органические задатки
пути, противоположного этому судорожному движению к земному
богу, к механизму, подменившему организм, к фиктивному бытию.
Цель есть блаженство в
Боге, но
путь к этой цели — страдательный, заслуга — в усилии победить корень страдания, т. е. зло.
Но никто из нас не знает, кто спасется, а кто обречен на гибель, кто вступил на
путь бесповоротного зла, а кто может еще вернуться к
Богу.
Если человек — медиум, через который проходят неотвратимые магические силы, которые можно расколдовать лишь
путем особого знания, то он — лишь пассивная частица магического естества, он не свободен, не активен, не образ и подобие
Бога.
Но
Бог творит уже вместе с человечеством, богочеловеческим
путем творится новый мир.
Свята и любовь, свято и искусство, свята и философия как творческий подъем и вдохновение, как творческий
путь к новому Космосу, созидать который
Бог призвал человечество.
— Да, конечно, пастор, наш добрый и ученый пастор. Я нарочно позвал его. Я другого не хотел, потому что это ведь он, который открыл, что надо перенесть двоеточие после слова «Глас вопиет в пустыне: приготовьте
путь Богу». Старое чтение не годится.
Неточные совпадения
Сжалился
Бог и к спасению // Схимнику
путь указал: // Старцу в молитвенном бдении // Некий угодник предстал,
Он шел домой — неблизкий
путь, // Дай
Бог дойти и отдохнуть!
— Вы вступаете в пору жизни, — продолжал священник, — когда надо избрать
путь и держаться его. Молитесь
Богу, чтоб он по своей благости помог вам и помиловал, — заключил он. «Господь и
Бог наш Иисус Христос, благодатию и щедротами своего человеколюбия, да простит ти чадо»… И, окончив разрешительную молитву, священник благословил и отпустил его.
— Счастливый
путь, и дай
бог вам обоим счастия!» Мы поехали.
— Слушай, — продолжал я, видя его доброе расположение. — Как тебя назвать не знаю, да и знать не хочу… Но
бог видит, что жизнию моей рад бы я заплатить тебе за то, что ты для меня сделал. Только не требуй того, что противно чести моей и христианской совести. Ты мой благодетель. Доверши как начал: отпусти меня с бедною сиротою, куда нам
бог путь укажет. А мы, где бы ты ни был и что бы с тобою ни случилось, каждый день будем
бога молить о спасении грешной твоей души…