Враги! Давно ли друг от друга // Их
жажда крови отвела? // Давно ль они часы досуга, // Трапезу, мысли и дела // Делили дружно? Ныне злобно, // Врагам наследственным подобно, // Как в страшном, непонятном сне, // Они друг другу в тишине // Готовят гибель хладнокровно… // Не засмеяться ль им, пока // Не обагрилась их рука, // Не разойтиться ль полюбовно?.. // Но дико светская вражда // Боится ложного стыда.
Позже Катя часто припоминала тот кровавый хмель ненависти, который гудел в эти годы во всех головах и, казалось, вдруг обнаружил звериную сущность человека. И спрашивала себя через несколько лет: куда же девались эти миллионы звероподобных существ, захлебывавшихся от бурной злобы и
жажды крови?
Неточные совпадения
Когда б вы знали, как ужасно // Томиться
жаждою любви, // Пылать — и разумом всечасно // Смирять волнение в
крови;
Nicolas объяснял это наследственностью, потому что в
крови Веревкиных пылал вечный жар, порождавший вечную
жажду.
Я ждал, схватив рогатый сук, // Минуту битвы; сердце вдруг // Зажглося
жаждою борьбы // И
крови… да, рука судьбы // Меня вела иным путем…
Действительно, странные вещи приходят в голову человеку, когда у него нет выхода, когда
жажда деятельности бродит болезненным началом в мозгу, в сердце и надобно сидеть сложа руки… а мышцы так здоровы, а
крови в жилах такая бездна…
Реставраторы язычества должны признать, что
кровь людей эпохи Возрождения была отравлена христианским сознанием греховности этого мира и христианской
жаждой искупления.