Неточные совпадения
О. Конт был не только верующий по своей психологической природе, но и настоящий мистик: он верил в человечество, которое сближалось для него с
вечной женственностью христианской мистики, и кончил построением позитивной
религии человечества с культом, напоминающим католичество.
Ни одна древняя
религия, ни язычество, ни браманизм, ни даже Ветхий Завет, не была еще
религией спасения: ни в одной из дохристианских
религий не было обетования о восстановлении творения в идеальном космосе, о всеобщем воскресении, о
вечной и полной жизни.
Только пророки сознавали, что в мир идет
религия спасения,
религия воскресения и
вечной жизни.
Когда в наше время начинают говорить о реставрации древних, языческих
религий, то охватывает ужас
вечного возвращения.
Если Христос — Сын Божий, Логос, то мир имеет Смысл и у меня есть надежда на
вечное спасение; если Христос — человек, то мир бессмыслен и нет для меня
религии спасения.
Неточные совпадения
«Предмет
религии, как и философии, есть
вечная истина в самой ее объективности: Бог и ничто кроме Бога и изъяснения Бога.
Искать и находить это
вечное и бесконечное во всем, что живет и движется, во всяком росте и изменении, во всяком действии, страдании, и иметь и знать и непосредственном чувстве саму жизнь лишь как такое бытие в бесконечном и
вечном — вот что есть
религия…
С. 252).], между тем как
религия имеет дело с положительной бесконечностью, с трансцендентным и абсолютным Богом, подающим нам
вечную жизнь, упокояющим и спасающим от распаленного колеса «дурной бесконечности», этой бешеной, ненасытной «эволюции».
В действительности мы знаем, что эта философская дедукция земли и неба совершается посредством фактических позаимствований у эмпирического бытия, которое отнюдь не соглашается быть только понятием [Совершенно справедливо замечает А. Древе в своих примечаниях к гегелевской философии
религии: «Гегель отожествляет сознательное бытие не с сознательной стороной бытия (Bewusst-Sein) или идеальным бытием, но непосредственно с реальным и приходит, таким образом, к чудовищному утверждению, что можно посредством конечного, дискурсивного, сознательного бытия продумать процесс абсолютного,
вечного, досознательного и сверхсознательного мышления непосредственно как таковой.
Христианину надлежит верить, что в языческом мире хотя и живо ощущалась потребность в таинстве, ибо она не устранима из
религии по самому ее существу, и хотя она утолялась по-своему [Об этом см. ниже в отделе III.], но не было таинств истинных, «питающих в жизнь
вечную», которые могли явиться лишь в христианстве, после воплощения Бога-Слова, давшего Свою Плоть и Кровь в живот
вечный.