Неточные совпадения
Он
ходит по земле, но стихия его воздушная, он не врос
в землю,
в нем нет приземистости.
В самом консервативном типе культуры темная стихия
проходит через работу и преодоление человеческого духа и сознания.
Мысль человеческая
в путях человеческого духа должна
проходить через раздвоение и расчленение.
Все народы, все страны
проходят известную стадию развития и роста, они вооружаются орудиями техники научной и социальной,
в которой самой по себе нет ничего индивидуального и национального, ибо
в конце концов индивидуален и национален лишь дух жизни.
Идея всемирной империи
проходит через всю историю и доходит до XX века, когда она теряет свой священный характер (Священная Римская империя) и приобретает основу
в значительной степени торгово-промышленную.
Исторические пути человечества, исполненные противоречий, заключают
в себе большие опасности, возможности срыва вниз и отбрасывания назад, к инстинктам звериным, но их нужно мужественно
пройти, охраняя высший образ человека.
И человечество, не просветившее
в себе божественным светом этой темной древней стихии, неизбежно
проходит через крестный ужас и смерть войны.
В мысли пережили мы самые крайние политические и социальные учения, и временами казалось нам, что мы
прошли уже и через анархизм.
Реакционеры-романтики,
в тоске и страхе держащиеся за отходящую, разлагающуюся старую органичность, боязливые
в отношении к неотвратимым процессам жизни, не хотят
пройти через жертву, не способны к отречению от устойчивой и уютной жизни
в плоти, страшатся неизведанного грядущего.
Человечество должно бесстрашно, с полной верой
в неистребимость своего духа
проходить через материальное развитие, через машину и технику и перестать искать спасения исключительно
в прошлом.
Человек
в своей исторической судьбе
проходит не только через радикальные изменения социальной жизни, которые должны создать новую структуру общества, но и через радикальное изменение отношения к жизни космической.
Но трагизм положения
в том, что человеческие массы
проходят через процесс дехристианизации и через материализм,
в чем виноваты сами христиане.
Нельзя без волнения читать эти строки: «Я памятник себе воздвиг нерукотворный, к нему не зарастет народная тропа…» «Слух обо мне
пройдет по всей Руси великой…» «И долго буду тем любезен я народу, что чувства добрые я лирой пробуждал, что
в мой жестокий век восславил я Свободу и милость к падшим призывал».
Марья Антоновна. Фи, маменька, голубое! Мне совсем не нравится: и Ляпкина-Тяпкина
ходит в голубом, и дочь Земляники тоже в голубом. Нет, лучше я надену цветное.
Расспросив подробности, которые знала княгиня о просившемся молодом человеке, Сергей Иванович,
пройдя в первый класс, написал записку к тому, от кого это зависело, и передал княгине.
Чичиков, чинясь,
проходил в дверь боком, чтоб дать и хозяину пройти с ним вместе; но это было напрасно: хозяин бы не прошел, да его уж и не было. Слышно было только, как раздавались его речи по двору: «Да что ж Фома Большой? Зачем он до сих пор не здесь? Ротозей Емельян, беги к повару-телепню, чтобы потрошил поскорей осетра. Молоки, икру, потроха и лещей в уху, а карасей — в соус. Да раки, раки! Ротозей Фома Меньшой, где же раки? раки, говорю, раки?!» И долго раздавалися всё — раки да раки.
Неточные совпадения
Недурной наружности,
в партикулярном платье,
ходит этак по комнате, и
в лице этакое рассуждение… физиономия… поступки, и здесь (вертит рукою около лба)много, много всего.
Анна Андреевна. Послушай, Осип, а как барин твой там,
в мундире
ходит, или…
— А потому терпели мы, // Что мы — богатыри. //
В том богатырство русское. // Ты думаешь, Матренушка, // Мужик — не богатырь? // И жизнь его не ратная, // И смерть ему не писана //
В бою — а богатырь! // Цепями руки кручены, // Железом ноги кованы, // Спина… леса дремучие //
Прошли по ней — сломалися. // А грудь? Илья-пророк // По ней гремит — катается // На колеснице огненной… // Все терпит богатырь!
Влас наземь опускается. // «Что так?» — спросили странники. // — Да отдохну пока! // Теперь не скоро князюшка //
Сойдет с коня любимого! // С тех пор, как слух
прошел, // Что воля нам готовится, // У князя речь одна: // Что мужику у барина // До светопреставления // Зажату быть
в горсти!..
Да только, повторяю вам, // Напрасно вы
проходите, //
В остроге он сидит…