Неточные совпадения
Лишь слегка прикоснувшись к поверхности европейского знания, можно так упрощенно поклоняться разуму и науке и в них
видеть панацею от всех
зол.
И очень наивна та философия истории, которая верит, что можно предотвратить движение по этому пути мировой империалистической борьбы, которая хочет
видеть в нем не трагическую судьбу всего человечества, а лишь
злую волю тех или иных классов, тех или иных правительств.
Утопизм не желает знать связи
зла общественного со
злом космическим, не
видит принадлежности общественности ко всему круговороту природного порядка или природного беспорядка.
Они знают, что война есть великое
зло и кара за грехи человечества, но они
видят смысл мировых событий и вступают в новый исторический период без того чувства уныния и отброшенности, которое ощущают люди первого типа, ни в чем не прозревающие внутреннего смысла.
Одинаково ложно
видеть повсюду в жизни мира торжество
злой дьявольской силы и
видеть прогрессирующее раскрытие и торжество божьей доброй силы.
Дух не открывается прогрессивно в историческом процессе, и торжествуют явные и
злые процессы, но нужно
видеть повсюду возможные зачатки и наитие духа и духовного царства.
— Знаешь, — слышал Клим, — я уже давно не верю в бога, но каждый раз, когда чувствую что-нибудь оскорбительное,
вижу злое, — вспоминаю о нем. Странно? Право, не знаю: что со мной будет?
Он — я его изучил, — он мрачный, мнительный, может быть, он очень добрый, пусть его, но зато в высшей степени склонный прежде всего во всем
видеть злое (в этом, впрочем, совершенно как я!).
Неточные совпадения
И постепенно в усыпленье // И чувств и дум впадает он, // А перед ним воображенье // Свой пестрый мечет фараон. // То
видит он: на талом снеге, // Как будто спящий на ночлеге, // Недвижим юноша лежит, // И слышит голос: что ж? убит. // То
видит он врагов забвенных, // Клеветников и трусов
злых, // И рой изменниц молодых, // И круг товарищей презренных, // То сельский дом — и у окна // Сидит она… и всё она!..
Огонь потух; едва
золою // Подернут уголь золотой; // Едва заметною струею // Виется пар, и теплотой // Камин чуть дышит. Дым из трубок // В трубу уходит. Светлый кубок // Еще шипит среди стола. // Вечерняя находит мгла… // (Люблю я дружеские враки // И дружеский бокал вина // Порою той, что названа // Пора меж волка и собаки, // А почему, не
вижу я.) // Теперь беседуют друзья:
Меня невольно поразила способность русского человека применяться к обычаям тех народов, среди которых ему случается жить; не знаю, достойно порицания или похвалы это свойство ума, только оно доказывает неимоверную его гибкость и присутствие этого ясного здравого смысла, который прощает
зло везде, где
видит его необходимость или невозможность его уничтожения.
Вы уже
видите гнездо
злого духа между неприступными утесами, — не тут-то было: название Чертовой долины происходит от слова «черта», а не «черт», ибо здесь когда-то была граница Грузии.
За нею шел человек с большими усами, в венгерке, довольно хорошо одетый для лакея; в его звании нельзя было ошибиться,
видя ухарскую замашку, с которой он вытряхивал
золу из трубки и покрикивал на ямщика.