Неточные совпадения
Жизнь мирового города
есть жизнь человека на свободе, жизнь автономная, независимая от священного
авторитета, секуляризированная.
Дух
есть свобода, но в объективации духа в истории создавался ряд мифов, которыми укреплялся
авторитет власти.
Соборность церковная не
есть какой-либо
авторитет, хотя бы
авторитет собора епископов и даже вселенских соборов, а
есть пребывание в общении и любви церковного народа и Духа Святого.
Прежде бывало, — говорил Голенищев, не замечая или не желая заметить, что и Анне и Вронскому хотелось говорить, — прежде бывало вольнодумец был человек, который воспитался в понятиях религии, закона, нравственности и сам борьбой и трудом доходил до вольнодумства; но теперь является новый тип самородных вольнодумцев, которые вырастают и не слыхав даже, что были законы нравственности, религии, что
были авторитеты, а которые прямо вырастают в понятиях отрицания всего, т. е. дикими.
Выросши из периода шалостей, товарищи поняли его и окружили уважением и участием, потому что, кроме характера, он
был авторитетом и по знаниям. Он походил на немецкого гелертера, знал древние и новые языки, хотя ни на одном не говорил, знал все литературы, был страстный библиофил.
Неточные совпадения
С тех пор не
было внезапных перемен в Ольге. Она
была ровна, покойна с теткой, в обществе, но жила и чувствовала жизнь только с Обломовым. Она уже никого не спрашивала, что ей делать, как поступить, не ссылалась мысленно на
авторитет Сонечки.
Но
был ли это
авторитет любви — вот вопрос? Входило ли в этот
авторитет сколько-нибудь ее обаятельного обмана, того лестного ослепления, в котором женщина готова жестоко ошибиться и
быть счастлива ошибкой?..
Если нужно
было постращать дворника, управляющего домом, даже самого хозяина, он стращал всегда барином: «Вот постой, я скажу барину, — говорил он с угрозой, —
будет ужо тебе!» Сильнее
авторитета он и не подозревал на свете.
Ольга спрашивала у тетки советов не как у
авторитета, которого приговор должен
быть законом для нее, а так, как бы спросила совета у всякой другой, более ее опытной женщины.
Приход его, досуги, целые дни угождения она не считала одолжением, лестным приношением любви, любезностью сердца, а просто обязанностью, как будто он
был ее брат, отец, даже муж: а это много, это все. И сама, в каждом слове, в каждом шаге с ним,
была так свободна и искренна, как будто он имел над ней неоспоримый вес и
авторитет.