Цитаты со словом «мессианский»
Область
поиска
поиска
Область
поиска
поиска
Мессианское сознание не есть националистическое сознание; оно глубоко противоположно национализму; это — универсальное сознание.
Мессианское сознание имеет свои корни в религиозном сознании еврейского народа, в переживании Израилем своей богоизбранности и единственности.
Мессианское сознание есть сознание избранного народа Божьего, народа, в котором должен явиться Мессия и через который должен быть мир спасен.
Богоизбранный народ — мессия среди народов, единственный народ с мессианским призванием и предназначением.
Все народы имеют свое призвание, свое назначение в мире, — но только один народ может быть избран для мессианской цели.
Народ мессианского сознания и назначения также один, как один Мессия.
Мессианское сознание — мировое и сверхнациональное.
Это всемирное по своим притязаниям мессианское сознание евреев было оправдано тем, что Мессия явился в недрах этого народа, хотя и был отвергнут им.
Мессианское сознание есть сознание пророческое, мессианское самочувствие — пророческое самочувствие.
Это пророческое мессианское сознание не исчезает в христианском мире, но претворяется и преображается.
Христианское мессианское сознание не может быть утверждением того, что один лишь русский народ имеет великое религиозное призвание, что он один — христианский народ, что он один избран для христианской судьбы и христианского удела, а все остальные народы — низшие, не христианские и лишены религиозного призвания.
Христианское мессианское сознание может быть лишь сознанием того, что в наступающую мировую эпоху Россия призвана сказать свое новое слово миру, как сказал его уже мир латинский и мир германский.
Все великие народы проходят через мессианское сознание.
Такое мессианское сознание было в Германии в начале XIX века.
Это русское мессианское сознание было замутнено, пленено языческой национальной стихией и искажено пережитками сознания юдаистического.
Так и само пророческое мессианское в русском духе, его жажда абсолютного, жажда преображения, оборачивается какой-то порабощенностью.
Противоположность националистических и мессианских стремлений всегда очень чувствовалась в России.
Трудно было бы открыть мессианскую идею в национализме «Нового Времени» или наших думских националистов.
Религиозные корни мессианизма — в мессианском сознании еврейского народа, в его сознании себя избранным народом Божиим, в котором должен родиться Мессия, Избавитель от всех зол, создающий блаженное царство Израиля.
В христианском человечестве мессианское сознание может быть обращено лишь вперед, лишь к Христу Грядущему, ибо по существу это сознание — пророческое.
Мессианизм русский, если выделить в нем стихию чисто мессианскую, по преимуществу апокалиптический, обращенный к явлению Христа Грядущего и его антипода — антихриста.
Мессианское сознание в христианском мире антиномично, как и все в христианстве.
Но мессианская идея может оторваться от своей религиозно-христианской почвы и переживаться народами, как исключительное духовно-культурное призвание.
В XIX и XX веках мессианские и националистические переживания переплетаются, смешиваются и незаметно переходят друг в друга.
Но мессианское призвание лежит уже вне линии природного процесса развития, это — блеск молнии с неба, божественный огонь, в котором сгорает всякое земное устроение.
В мессианском сознании всегда есть исступленное обращение к чудесному, к катастрофическому разрыву в природном порядке, к абсолютному и конечному.
Национализм может лишь утверждать и развивать то природно-историческое народное бытие, в глубине которого может загореться мессианская идея, как молния, сходящая с духовного неба.
Очистительная и творческая национальная работа может лишь уготовлять вместилище для мессианской идеи.
Но сама мессианская идея идет из иного мира, и стихия ее — стихия огня, а не земли.
Внутри самого мессианского сознания происходит смешение мессианизма христианского с мессианизмом еврейским.
Но христианское мессианское сознание народа может быть исключительно жертвенным сознанием, сознанием призванности народа послужить миру и всем народам мира делу их избавления от зла и страдания.
Мессианское ожидание есть ожидание избавления через жертву.
Еврейский же хилиазм, который ждет блаженства на земле без жертвы, без Голгофы, глубоко противоположен христианской мессианской идее.
Мессианское сознание народа может быть лишь плодом великих народных страданий.
И мессианская идея, заложенная в сердце русского народа, была плодом страдальческой судьбы русского народа, его взысканий Града Грядущего.
Мессианская идея — вселенская идея.
Крайнее утверждение национализма у нас нередко соединяется с отрицанием русского мессианизма, с абсолютным непониманием мессианской идеи и отвращением от нее…
И, наоборот, полное отрицание национализма может быть явлением глубоко русским, неведомым западному миру, вдохновленным вселенской идеей о России, ее жертвенным мессианским призванием.
У наших националистов официальной марки, как старой формации, так и новейшей западной формации, уж во всяком случае меньше русского мессианского духа, чем у иных сектантов или иных анархистов, людей темных по своему сознанию, но истинно русских по своей стихии.
Идеей этой, поистине мессианской идеей, одинаково одержим Бакунин и Н.Ф. Федоров, русский социалист и Достоевский, русский сектант и Вл. Соловьев.
Но это русское мессианское сознание не пронизано светом сознания, не оформлено мужественной волей.
Но всякому мессианскому служению должна предшествовать положительная национальная работа, духовное и материальное очищение, укрепление и развитие нашего национального бытия.
Мессианское сознание у Вл. Соловьева, как и у Достоевского, — мировое.
Достоевский и Вл. Соловьев по универсальному характеру своего мессианского сознания могут быть сопоставлены с великими польскими мессионистами: с Мицкевичем, Словацким, Красинским, Товянским, Цешковским, Вронским.
В мессианском сознании Достоевского нельзя найти той чистой жертвенности, которая вдохновляла мессианское сознание поляков.
В основу славянской идеи, как и вообще в основу русской мессианской идеи, можно положить лишь русский духовный универсализм, русскую Всечеловечность, русское искание Града Божьего, а не русскую национальную ограниченность и самодовольство, не русский провинциализм.
Это общее и роднящее чувствуется на вершинах духовной жизни русского и польского народа, в мессианском сознании.
И русское и польское мессианское сознание связывает себя с христианством, и одинаково полно оно апокалиптических предчувствий и ожиданий.
Но если польское мессианское сознание и может быть поставлено выше русского мессианского сознания, я верю, что в самом народе русском есть более напряженная и чистая жажда правды Христовой и царства Христова на земле, чем в народе польском.
Но не осознанный, хилиастический и мессианский элемент социализма как раз порождает фанатизм, и с ним связан воинствующий, антирелигиозный его характер.
Выдержки из русской классики со словом «мессианский»
Народы имеют свои миссии, свое призвание, но сознание мессианское не есть мессианское сознание.
Синонимы к слову «мессианский»
Предложения со словом «мессианский»
- Напряжённое ожидание единства питалось утопическими и мессианскими настроениями, которые не могли быть удовлетворены прозой реальности общественного управления и дипломатии.
- Нельзя не заметить, что интерпретация носит мессианский характер.
- Они стремятся друг к другу, и в мессианские времена они навсегда соединятся.
- (все предложения)
Сочетаемость слова «мессианский»
Значение слова «мессианский»
МЕССИА́НСКИЙ, -ая, -ое. Книжн. Прил. к мессианизм, к мессия. (Малый академический словарь, МАС)
Отправить комментарий
Значение слова «мессианский»
МЕССИА́НСКИЙ, -ая, -ое. Книжн. Прил. к мессианизм, к мессия.
Все значения слова «мессианский»Предложения со словом «мессианский»
Напряжённое ожидание единства питалось утопическими и мессианскими настроениями, которые не могли быть удовлетворены прозой реальности общественного управления и дипломатии.
Нельзя не заметить, что интерпретация носит мессианский характер.
Они стремятся друг к другу, и в мессианские времена они навсегда соединятся.
- (все предложения)