— Примечание составителя.)], есть то же стремление к мировому владычеству, что и в Римской империи, которую нельзя рассматривать, как бытие национальное.
Германская империя, стремящаяся к мировому владычеству через насилие, всегда производит впечатление выскочки, и она одержима невыносимым самомнением parvenue.
Для других германский идеализм, в конце концов, и должен был на практике породить жажду мирового могущества и владычества, — от Канта идет прямая линия к Круппу.
Оправдание России в мировой борьбе, как и всякой страны, всякого народа, может быть лишь в том, что внесет в мир большие ценности, более высокого качества духовную энергию, чем Германия, притязания которой на мировое владычество она отражает, что своим неповторимым индивидуальным духом она подымает человечество на более высокую ступень бытия.
Она видит его силы, способности, знает, сколько он может, и покорно ждет его владычества. Чудная Ольга! Невозмутимая, неробкая, простая, но решительная женщина, естественная, как сама жизнь!
Но — чудное дело! — в своем непререкаемом, безответственном, темном владычестве, давая, полную свободу своим прихотям, ставя ни во что всякие законы и логику, самодуры русской жизни начинают, однако же, ощущать какое-то недовольство и страх, сами не зная перед чем и почему.
Сломив опор духовной власти, И твердой мщения рукой Владычество расторг на части, Что лжей воздвигнуто святой; Венец трезубый затмевая И жезл священства преломляя, Проклятий молньи утушил; Смеяся мнимого прещенья, Подъял луч Лютер просвещенья, С землею небо помирил.
Сербы, находившиеся под турецким владычеством пятьсот лет, знают, что выстоять порабощённому игом народу можно только тогда, когда его мужчины, мужи поголовно становятся воинами.
Но если во времена испанского владычества государство хотя бы охраняло элементарный порядок и мир, то теперь наступил период перманентной гражданской войны всех против всех.
Но нет никаких признаков того, что в период римского владычества происходило сколько-нибудь значительное увеличение его численности.
Сербы, находившиеся под турецким владычеством пятьсот лет, знают, что выстоять порабощённому игом народу можно только тогда, когда его мужчины, мужи поголовно становятся воинами.
Но если во времена испанского владычества государство хотя бы охраняло элементарный порядок и мир, то теперь наступил период перманентной гражданской войны всех против всех.