История философского самосознания и есть арена борьбы двух устремлений человеческого духа — к свободе и к необходимости, к творчеству и к приспособлению, к искусству
выходить за пределы данного мира и к науке согласовать себя с данным миром.
Искусство бывает язычески-классическим или христиански-романтическим не по сущности самого творческого акта, который всегда
выходит за пределы и язычества и христианства, а по мировой атмосфере, в которой совершается реализация искусства.
Новый символизм ищет последнего, конечного, предельного,
выходит за пределы среднего, устроенного, канонического пути.
Это не мешало ей кушать, и Самгин подумал, что, если она так же легко и с таким вкусом читает, она действительно много читает. Ее мамаша кушала с таким увлечением, что было ясно: ее интересы, ее мысли на сей час не
выходят за пределы тарелки. Фроленков и Денисов насыщались быстро, пили часто и перебрасывались фразами, и было ясно, что Денисов — жалуется, а Фроленков утешает:
Но в действительности этого нет: то, во что можно верить, нельзя знать, оно
выходит за пределы знания, а в то, что можно знать, нельзя и не должно верить.
Это и есть трудная задача так называемой экзистенциальной философии, которая
выходит за пределы общеобязательного, объективированного, социализированного познания.
Неточные совпадения
Все завидовали согласию, царствующему между надменным Троекуровым и бедным его соседом, и удивлялись смелости сего последнего, когда он
за столом у Кирила Петровича прямо высказывал свое мнение, не заботясь о том, противуречило ли оно мнениям хозяина. Некоторые пытались было ему подражать и
выйти из
пределов должного повиновения, но Кирила Петрович так их пугнул, что навсегда отбил у них охоту к таковым покушениям, и Дубровский один остался вне общего закона. Нечаянный случай все расстроил и переменил.
Европа давно уже стремится преодолеть себя,
выйти за свои
пределы.
Что вы знаете или мните о природе вещей, лежит далеко в стороне от области религии: воспринимать в нашу жизнь и вдохновляться в этих воздействиях (вселенной) и в том, что они пробуждают в нас, всем единичным не обособленно, а в связи с целым, всем ограниченным не в его противоположности иному, а как символом бесконечного — вот что есть религия; а что хочет
выйти за эти
пределы и, напр., глубже проникнуть в природу и субстанцию вещей, есть уже не религия, а некоторым образом стремится быть наукой…
Вернее было бы сказать, что я люблю не жизнь, а экстаз жизни, когда она
выходит за свои
пределы.
Это есть самое крайнее отвержение авторитета и принуждения, какое знает история христианства, и Достоевский
выходит тут
за пределы исторического православия и исторического христианства вообще, переходит к эсхатологическому христианству, к христианству Духа, раскрывает профетическую сторону христианства.