Всякое государственное учреждение представлялось мне инквизиционным, все
представители власти — истязателями людей, хотя в семейных отношениях, в гостиных светского общества я встречал этих представителей власти как людей часто добродушных и любезных.
Нельзя быть моральным человеком и хорошим христианином в индивидуальной, личной жизни и быть жестоким эксплуататором и аморальным в социальной жизни в качестве
представителя власти, хозяина предприятий, главы семьи и пр.
Всем Хитровым рынком заправляли двое городовых — Рудников и Лохматкин. Только их пудовых кулаков действительно боялась «шпана», а «деловые ребята» были с обоими
представителями власти в дружбе и, вернувшись с каторги или бежав из тюрьмы, первым делом шли к ним на поклон. Тот и другой знали в лицо всех преступников, приглядевшись к ним за четверть века своей несменяемой службы. Да и никак не скроешься от них: все равно свои донесут, что в такую-то квартиру вернулся такой-то.
Дворянства в Сибири нет, а с тем вместе нет и аристократии в городах; чиновник и офицер,
представители власти, скорее похожи на неприятельский гарнизон, поставленный победителем, чем на аристократию.
У меня в эту минуту совсем вылетело из головы отданное мною два дня тому назад приказание уведомить меня в случае приезда урядника, и я никак не мог сообразить, какое отношение имеет в настоящую минуту ко мне этот
представитель власти.
Неточные совпадения
Так, напр., либерализм освободил человеческую мысль, науку, освободил от внешней
власти церковного авторитета, но совсем не освободил
представителей от закамуфлированной
власти капитала.
Носители прежней
власти, теряя веру в церковную для нее опору и живое чувство религиозной связи с подданными, все больше становились
представителями вполне светского абсолютизма, борющегося с подданными за свою
власть под предлогом защиты своих священных прав: священная империя, накануне своего падения, вырождается в полицейское государство, пораженное страхом за свое существование.
Оно обязано платить, но почему-то не платит;
представители другой стороны, ввиду такого явного правонарушения, давно уже обязаны употребить
власть, но почему-то медлят и, мало того, продолжают еще расходовать 150 тысяч в год на охрану доходов общества, и обе стороны ведут себя так, что трудно сказать, когда будет конец этим ненормальным отношениям.