Мне часто приходило в голову, что если бы люди церкви, когда христианское человечество верило в ужас адских мук, грозили отлучением, лишением причастия, гибелью и
вечными муками тем, которые одержимы волей к могуществу и господству, к богатству и эксплуатации ближних, то история сложилась бы совершенно иначе.
Окончательная победа Бога над силами ада не может быть разделением на два царства, Божье и диавольское, спасенных и обреченных на
вечную муку, оно может быть лишь единым царством.
Неточные совпадения
Я нисколько не сомневаюсь, что в жестоком учении о
вечных адских
муках трансформированы садические инстинкты.
Многие «ортодоксальные» христиане дорожат идеей
вечных адских
мук, она им нравится.
Идея
вечных адских
мук имела огромное социологическое значение.
Но самая идея
вечных адских
мук, безобразная и садичная, но представляющая сложную философскую проблему, в сущности, лишает ценности духовную и моральную жизнь человека.
В основании моего отвращения к учению о
вечных адских
муках лежит, вероятно, мое первичное чувство жалости и сострадания, невозможности радости и блаженства, когда существует непомерное страдание и
мука.
Неточные совпадения
— Катерина! меня не казнь страшит, но
муки на том свете… Ты невинна, Катерина, душа твоя будет летать в рае около бога; а душа богоотступного отца твоего будет гореть в огне
вечном, и никогда не угаснет тот огонь: все сильнее и сильнее будет он разгораться: ни капли росы никто не уронит, ни ветер не пахнет…
Только тот достигает свободы духа, кто покупает ее дорогой ценой бесстрашного и страдальческого развития,
мукой прохождения через дробление и расщепление организма, который казался
вечным и таким уютно-отрадным.
Вечная природа ипостасности вызывает здесь лишь
вечную адскую
муку, кольцевое движение змеи, ловящей собственный хвост, — магический круг, где все точки суть одновременно концы и начала.
Если можно так выразиться, софийное время есть единый, сложный и слитный, хотя не сверхвременный, однако надвременный акт: это есть
вечное время, можно было бы сказать, не боясь contradictio in adiecto [Противоречие в определении (лат.).], на самом деле только кажущейся, поскольку вечность обозначает здесь лишь качество времени, его синтезированность [Не об этой ли «вечности» говорится в Евангелии: «…и идут сии в
муку вечную, праведницы же в живот
вечный» (Мф. 25:46).].
Если Слово Божие и говорит о «
вечных мучениях», наряду с «
вечной жизнью», то, конечно, не для того, чтобы приравнять ту и другую «вечность», — райского блаженства, как прямого предначертания Божия, положительно обоснованного в природе мира, и адских
мук, порождения силы зла, небытия, субъективности, тварной свободы.