Если бы я писал дневник, то, вероятно, постоянно записывал в него слова: «Мне было это чуждо, я ни с чем не чувствовал слияния, опять, опять тоска по иному, по трансцендентному».
Но я твердо знаю, что я изначально чувствовал себя попавшим в чуждый мне мир, одинаково чувствовал это и в первый день моей жизни, и в нынешний ее день.
В сущности, мать всегда была более француженка, чем русская, она получила французское воспитание, в ранней молодости жила в Париже, писала письма исключительно по-французски и никогда не научилась писать грамотно по-русски, будучи православной по рождению, она чувствовала себя более католичкой и всегда молилась по французскому католическому молитвеннику своей матери.
Я всегда чувствовал большое несоответствие между мной и стилем Браницких, хотя графиня Браницкая, светски умная и с большим шармом, была со мной очень мила и тогда, когда я был уже марксистом и приезжал после споров с Луначарским.
Когда я поступил во второй класс кадетского корпуса и попал во время перемены между уроками в толпу товарищей кадетов, я почувствовал себя совершенно несчастным и потерянным.
Человек огромного самомнения может себя чувствовать слитым с окружающим миром, быть очень социализированным и иметь уверенность, что в этом мире, совсем ему не чуждом, он может играть большую роль и занимать высокое положение.
Я отнюдь не застенчивый человек, и я всегда говорил и действовал уверенно, если это не касалось деловой, «практической» стороны жизни, где я всегда себя чувствовал беспомощным.
Также чувствовал я себя связанным с реальными людьми русской земли: с Чаадаевым, с некоторыми славянофилами, с Герценом, даже с Бакуниным и русскими нигилистами, с самим Л. Толстым, с Вл. Соловьевым.
Я никогда не чувствовал восторга и экстаза слияния, ни религиозного, ни национального, ни социального, ни эротического, но много раз испытывал экстаз творчества, часто испытывал экстаз разрыва и восстания.
Я часто, очень часто чувствовал людей как угрожаемых смертью, как умирающих и представлял себе молодых и радостных как больных, постаревших, потерявших надежды.
Уже появились слепни и мухи, они больно жалят, но лошади приятно идти по раннему холодку, и она, всю зиму жевавшая сено, уже чувствует запах молодой зелёной травы.
Во время депрессии человек неосознанно концентрирует своё внимание на какой-то определённой области тела и начинает чувствовать боль там, где её на самом деле нет.
ЧУ́ВСТВОВАТЬ, -ствую, -ствуешь; несов., перех. (сов. почувствовать). 1.также с придаточным дополнительным. Испытывать какое-л. физическое ощущение, состояние и т. п. Чувствовать голод. Чувствовать боль. Чувствовать головокружение. Чувствовать страх. Чувствовать потребность в отдыхе. Чувствовать, как клонит в сон. (Малый академический словарь, МАС)
Для некоторых людей рассуждать легче, чем чувствовать, и пресная вода резонерства, которой у них вдоволь для них лучше и вкуснее шипучего нектара поэзии…
ЧУ́ВСТВОВАТЬ, -ствую, -ствуешь; несов., перех. (сов. почувствовать). 1.также с придаточным дополнительным. Испытывать какое-л. физическое ощущение, состояние и т. п. Чувствовать голод. Чувствовать боль. Чувствовать головокружение. Чувствовать страх. Чувствовать потребность в отдыхе. Чувствовать, как клонит в сон.
Со статным человеком люди чувствуют себя в безопасности, к статным людям чаще всего обращаются за советом.
Уже появились слепни и мухи, они больно жалят, но лошади приятно идти по раннему холодку, и она, всю зиму жевавшая сено, уже чувствует запах молодой зелёной травы.
Во время депрессии человек неосознанно концентрирует своё внимание на какой-то определённой области тела и начинает чувствовать боль там, где её на самом деле нет.