Если я и был романтиком, то романтиком, лишенным иллюзий, надежды и способности к идеализации действительности, романтиком, слишком реалистически воспринимавшим действительность.
Когда я встречался с этой реакцией против романтизма, явлением глубоко реакционным, то я сознавал себя романтиком и готов был воевать за романтизм, видя в нем выражение человека и человечности.
Я готов себя сознать романтиком вот по каким чертам: примат субъекта над объектом, противление детерминизму конечного и устремление к бесконечному, неверие в достижение совершенства в конечном, интуиция против дискурсии, антиинтеллектуализм и понимание познания как акта целостного духа, экзальтация творчества в человеческой жизни, вражда к нормативизму и законничеству, противоположение личного, индивидуального власти общего.
Так, в 40 годы на успех в любви мог рассчитывать лишь идеалист и романтик, в 60 годы лишь материалист и мыслящий реалист, в 70 годы народник, жертвующий собой для блага и освобождения народа, в 90 годы марксист.
Я убеждён, что именно такие книги способны переделать людей, лишить их парадигмы зла посредством тонкого восприятия природы, через настоящую романтику мира, через благородство чувств и эмоций.
Я убеждён, что именно такие книги способны переделать людей, лишить их парадигмы зла посредством тонкого восприятия природы, через настоящую романтику мира, через благородство чувств и эмоций.
Я вовсе не религиозный человек и не мистик. Я реалист, и если есть что-нибудь туманное во мне для реалиста, то это романтика, но романтика не старого нежного и дамообожаемого уклада, а самая настоящая земная, которая скорей преследует авантюристические цели в сюжете, чем протухшие настроения о Розах, Крестах и всякой прочей дребедени.
Любовь. Верить ли романтике, — что вот, через моря и горы и годы есть такая, необыкновенная, одна любовь, — всепобеждающая, всепокоряющая, всеобновляющая — любовь.
Среди участников экспедиции оказались неисправимые романтики и, по всей видимости, любители военной истории.
Однако и ей так же хотелось романтики, как и всем остальным, и я не имею никакого права осуждать её за это.
Я убеждён, что именно такие книги способны переделать людей, лишить их парадигмы зла посредством тонкого восприятия природы, через настоящую романтику мира, через благородство чувств и эмоций.
Среди участников экспедиции оказались неисправимые романтики и, по всей видимости, любители военной истории.
Однако и ей так же хотелось романтики, как и всем остальным, и я не имею никакого права осуждать её за это.
Я убеждён, что именно такие книги способны переделать людей, лишить их парадигмы зла посредством тонкого восприятия природы, через настоящую романтику мира, через благородство чувств и эмоций.