Мучительность страдания — это только та боль, которую испытывают люди при попытках разрывания той
цепи любви к предкам, к потомкам, к современникам, которая соединяет жизнь человеческую с жизнью мира.
Неточные совпадения
«Я не мало встречал болтунов, иногда они возбуждали у меня чувство, близкое зависти. Чему я завидовал? Уменью связывать все противоречия мысли в одну
цепь, освещать их каким-то одним своим огоньком. В сущности, это насилие над свободой мысли и зависть к насилию — глупа. Но этот…» — Самгин был неприятно удивлен своим открытием, но чем больше думал о Тагильском, тем более убеждался, что сын трактирщика приятен ему. «Чем? Интеллигент в первом поколении?
Любовью к противоречиям? Злостью? Нет. Это — не то».
И это человечество-семья, пребывая в
любви Небесного Отца, не знало бы
цепей государственности, а также и железа власти, по-своему формующего жизнь.
Если бы, любя женщину более всего на свете или предвкушая возможность такой
любви, вдруг увидеть ее на
цепи, за железною решеткой, под палкой смотрителя, — то такое впечатление было бы несколько сходно с тем, что ощутил теперь князь.
В ее душе шевельнулось нечто вроде угрызения совести. Жалость к матери, всю жизнь боготворившей ее, здоровье и самую жизнь которой она принесла в жертву греховной
любви к сидевшему против нее человеку, приковавшему ее теперь к себе неразрывными
цепями общего преступления — на мгновение поднялась в ее зачерствевшем для родственной
любви сердце, и она почти враждебно, с нескрываемой ненавистью посмотрела на Талицкого.
Поняв, так внезапно поняв то чувство
любви к одному человеку, к постороннему мужчине, то греховное чувство, то главное звено
цепи, приковывающей к дьяволу, как называла это чувство старушка Дюран, Талечка — странное дело — первый раз в жизни не согласилась с покойной.