«Этика» Н. Гартмана, наиболее интересная в философской литературе нашего времени,
представляется мне принципиально несостоятельной, потому что идеальные ценности у него висят в безвоздушном пространстве и нет антропологии, нет онтологии, которая объяснила бы, откуда берется у человека свобода, откуда у него сила для осуществления в мире ценностей.
Когда любящий стремится к соединению с любимой женщиной, то он стремится совсем не к наслаждению и счастью, а к обладанию этой женщиной, которое
представляется ему ценностью и благом, счастье же и наслаждение могут быть лишь последствием этого обладания, как, впрочем, может быть и страдание, и мучение, и даже в большинстве случаев так бывает.
В опыте этой нашей жизни нам дано переживать мучения, которые нам представляются бесконечными, только такие мучения и
представляются нам адскими и страшными, которые не на минуту, не на час или день, а на бесконечность.
Неточные совпадения
[Взгляд, развиваемый Мейерсоном в его книге «De l’explication dans les sciences» об онтологическом характере наук, мне
представляется ошибочным.
Рай
представляется блаженной жизнью, в которой космос был в человеке, а человек был в Боге.
Даже ад может
представляться этическому мыслителю торжеством добра, ибо основной для него
представляется проблема оправдания добра, а не проблема существования зла и злых.
Первичные влечения подсознательного, влечение половое и влечение к преобладанию и господству, обладают способностью трансформироваться до неузнаваемости, они идеализируются и
представляются возвышенными.
Но древний человек и древняя жизнь были безмерно таинственнее и загадочнее, чем это
представляется антропологам и социологам.
И для людей закона христианство должно
представляться анархизмом.
И христианская этика долго не понимала значение индивидуального, ей нравственная жизнь
представлялась подчиненной общеобязательному закону.
Ужас в том, что добродетель
представляется иногда человеку смертельно скучной.
Детерминированным во времени все
представляется позже.
И потому мы поставлены перед обыденным детерминированным миром, в котором происходят процессы во времени и будущее
представляется фатальным.
Истина же, правда, часто
представляется опасной и вредной.
Иногда это
представляется возвращением к природе от лжи цивилизации, но в действительности это есть возвращение к Богу.
Дурная мечтательность, которая часто
представляется невинной, есть зло и создает фантасмагорический мир.
Идеальная же, совершенная жизнь есть конец власти человека над человеком, вообще всякой принуждающей власти, даже власти Божьей, ибо и Бог лишь для грешного мира может
представляться властью.
Хотя дуэль
представляется очень личным, интимным актом, хотя она есть встреча личности с личностью, она в сущности есть безличный акт и в ней действуют бессознательные и родовые инстинкты.
В известные эпохи
представляется священным не только государство вообще и начало власти вообще, но и определенные формы государства и власти, напр., монархия, как потом может показаться священной демократия.
Техника несет с собою смерть красоте, которая
представлялась вечной.
Моногамическая семья, которая
представляется вечной и неизменной формой, в действительности принадлежит времени и во времени возникла.
В этом мире, когда он воспринимается как замкнутый, самодостаточный и законченный, все
представляется бессмысленным, потому что все тленное, преходящее, т. е. смерть и смертность всегда в этом мире и есть источник бессмыслицы этого мира и всего в нем происходящего.
Монблан
представляется более бессмертным, чем святой или гений.
В рождении жизнь
представляется побеждающей смерть.
Загробное существование
представляется как бы природной сферой бытия, иной, чем наша сфера.
Ад
представлялся человеческому сознанию в двух формах — или в форме печальной судьбы и гибели человечества вообще, потому что спасения нет, спасение не открылось и никто не попадет в Царство Божье, которое есть царство богов, или в форме торжества карательной справедливости над злыми, после того как открылось спасение добрых.
Прохождение через опыт смерти
представляется прохождением через адскую муку.
Таким
представляется результат вкушения от плодов с древа познания добра и зла.
Мысль о совершенстве во времени вызывает томящую скуку,
представляется остановкой творческого движения, самодовольством.
И потому рай
представляется остановкой в будущем, прекращением бесконечного движения, бесконечного искания, бесконечного творчества, достижением окончательного довольства.
Монистическое решение не хочет увековечивания ада как царства зла, наряду с раем как царством добра, и принципиально зло подчиняется добру то как часть добра, которая по ограниченности сознания
представляется злом, то как недостаточная раскрытость добра, то как призрачное, кажущееся.
Воспитанный в недрах провинции, среди кротких и теплых нравов и обычаев родины, переходя в течение двадцати лет из объятий в объятия родных, друзей и знакомых, он до того был проникнут семейным началом, что и будущая служба
представлялась ему в виде какого-то семейного занятия, вроде, например, ленивого записыванья в тетрадку прихода и расхода, как делывал его отец.
Неточные совпадения
Бабенка и маленькие Чичонки начали ему снова
представляться.
Я приглашаю рассмотреть ближе свой долг и обязанность земной своей должности, потому что это уже нам всем темно
представляется, и мы едва…
Деревня начинала
представляться каким-то привольным приютом, воспоительницею дум и помышлений, единственным поприщем полезной деятельности.
Тогда
представлялась и другая выгода: можно было вовсе улизнуть из этих мест и не заплатить Костанжогле денег, взятых у него взаймы.
Инспектор врачебной управы вдруг побледнел; ему
представилось бог знает что: не разумеются ли под словом «мертвые души» больные, умершие в значительном количестве в лазаретах и в других местах от повальной горячки, против которой не было взято надлежащих мер, и что Чичиков не есть ли подосланный чиновник из канцелярии генерал-губернатора для произведения тайного следствия.