Неточные совпадения
На дне всякого фантазма, созданного похотью, мы находим
смерть, не вольную
смерть, а
смерть принужденную.
И чтобы быть
на высоте восприятия
смерти и должного к ней отношения, нужно необычайное духовное напряжение, нужно духовное просветление.
Можно сказать, что смысл нравственного опыта человека
на протяжении всей его жизни заключается в том, чтобы поставить человека
на высоту в восприятии
смерти, привести его к должному отношению к
смерти.
Смерть есть не только бессмыслица жизни в этом мире, тленность ее, но и знак, идущий из глубины, указующий
на существование высшего смысла жизни.
Смысл, идущий из другого мира, действует опаляюще
на человека этого мира и требует прохождения через
смерть.
Но
смерть есть явление жизни, она еще по сю сторону жизни, она есть реакция жизни
на требование конца во времени со стороны жизни.
Смерть есть явление, распространяющееся
на всю жизнь.
Это носило столь всеобъемлющий характер, что тоска
смерти переживалась мною оттого, что я никогда больше не увижу лица постороннего и чуждого мне человека, никогда не увижу города, через который я случайно проехал, комнаты, в которой останавливался
на несколько дней, никогда не увижу этого дерева, этой случайно встреченной мною собаки и т. д.
В пространстве и времени, не вмещающих полноты, обрекающих
на разрывы и расставания, всегда в жизни торжествует
смерть, и
смерть говорит о том, что смысл лежит в вечности, в полноте, что жизнь, в которой восторжествует смысл, не будет знать разрыва и расставаний, не будет знать тления и умирания человеческих чувств и мыслей.
Смерть есть
на дне всякой злой страсти.
И
смерть — прекрасна, она облагораживает последнего из смертных и ставит его
на одну высоту с самыми первыми, она побеждает уродство пошлости и обыденности.
Именно
смерть очищает прошлое и кладет
на него печать вечности.
На протяжении всей своей истории люди пытались бороться со
смертью, и
на этой почве возникали разные верования и учения.
Неверность же идеалистического учения о бессмертии в том, что это духовное, идеальное, ценностное начало не образует личности
на вечность, не преображает всех сил человека для вечности, а отделяется от человека, отвлекается в идеальное небо, образует безличный и бесчеловечный дух и предает человека, человеческую личность тлению и
смерти.
Материализм, позитивизм и т. п. учения примиряются со
смертью, узаконяют
смерть и вместе с тем стараются забыть о ней, устраивая жизнь
на могилах покойников.
Христианство учит о воскресении, о победе над
смертью для всякой жизни, для всего тварного мира, и этим оно бесконечно выше и могущественнее греческого учения о бессмертии, обрекающего значительную часть мира
на тление и
смерть.
Для Розанова все религии делятся
на два типа, в зависимости от того, кладут ли они в свою основу рождение или
смерть.
Какое ни придумай имя, уж непременно найдется в каком-нибудь углу нашего государства, благо велико, кто-нибудь, носящий его, и непременно рассердится не на живот, а
на смерть, станет говорить, что автор нарочно приезжал секретно, с тем чтобы выведать все, что он такое сам, и в каком тулупчике ходит, и к какой Аграфене Ивановне наведывается, и что любит покушать.
Захар умер бы вместо барина, считая это своим неизбежным и природным долгом, и даже не считая ничем, а просто бросился бы
на смерть, точно так же, как собака, которая при встрече с зверем в лесу бросается на него, не рассуждая, отчего должна броситься она, а не ее господин.
Наконец, судна нашего правитель, более нежели все другие к опасностям морских происшествий обыкший, взиравший поневоле, может быть,
на смерть хладнокровно в разных морских сражениях в прошедшую турецкую войну в Архипелаге, решился или нас спасти, спасаяся сам, или погибнуть в сем благом намерении: ибо, стоя на одном месте, погибнуть бы нам должно было.
В нем, очевидно, совершался тот переворот, который должен был заставить его смотреть
на смерть как на удовлетворение его желаний, как на счастие.
— Нет, зачем; скажи, что кланяться велел, больше ничего не нужно. А теперь я опять к моим собакам. Странно! хочу остановить мысль
на смерти, и ничего не выходит. Вижу какое-то пятно… и больше ничего.
Неточные совпадения
Что ж, если вашим пистолетом // Сражен приятель молодой, // Нескромным взглядом, иль ответом, // Или безделицей иной // Вас оскорбивший за бутылкой, // Иль даже сам в досаде пылкой // Вас гордо вызвавший
на бой, // Скажите: вашею душой // Какое чувство овладеет, // Когда недвижим,
на земле // Пред вами с
смертью на челе, // Он постепенно костенеет, // Когда он глух и молчалив //
На ваш отчаянный призыв?
На грудь кладет тихонько руку // И падает. Туманный взор // Изображает
смерть, не муку. // Так медленно по скату гор, //
На солнце искрами блистая, // Спадает глыба снеговая. // Мгновенным холодом облит, // Онегин к юноше спешит, // Глядит, зовет его… напрасно: // Его уж нет. Младой певец // Нашел безвременный конец! // Дохнула буря, цвет прекрасный // Увял
на утренней заре, // Потух огонь
на алтаре!..
Вдруг получил он в самом деле // От управителя доклад, // Что дядя при
смерти в постеле // И с ним проститься был бы рад. // Прочтя печальное посланье, // Евгений тотчас
на свиданье // Стремглав по почте поскакал // И уж заранее зевал, // Приготовляясь, денег ради, //
На вздохи, скуку и обман // (И тем я начал мой роман); // Но, прилетев в деревню дяди, // Его нашел уж
на столе, // Как дань, готовую земле.
В продолжение всей болтовни Ноздрева Чичиков протирал несколько раз себе глаза, желая увериться, не во сне ли он все это слышит. Делатель фальшивых ассигнаций, увоз губернаторской дочки,
смерть прокурора, которой причиною будто бы он, приезд генерал-губернатора — все это навело
на него порядочный испуг. «Ну, уж коли пошло
на то, — подумал он сам в себе, — так мешкать более нечего, нужно отсюда убираться поскорей».
— Я не могу здесь больше оставаться: мне
смерть глядеть
на этот беспорядок и запустенье! Вы теперь можете с ним покончить и без меня. Отберите у этого дурака поскорее сокровище. Он только бесчестит Божий дар!