Поэтому нужно строить этику онтологической правдивости, искать во всем онтологической первичности, изначальности, оригинальности, т. е. искать
источник жизни, источник силы.
Неточные совпадения
Социальная этика XIX и XX веков, которая в
жизни общества видит
источник нравственных различений и оценок и утверждает социальный характер добра и зла, совершенно явно вращается в порочном кругу.
Основным является не вопрос о цели, которой должна быть подчинена наша нравственная
жизнь, цели, извне данной и навязанной или имманентной, а вопрос об
источнике творческой
жизни, об энергии, реализующейся в нашей
жизни.
Если нет Бога как
источника сверхличных ценностей, то нет и ценности личности, есть лишь индивидуум, подчиненный родовой природной
жизни.
Нравственное достоинство человека и нравственная его свобода определяются совсем не целью, которой он подчиняет свою
жизнь, а
источником, из которого вытекает его нравственная
жизнь и деятельность в мире.
Так можно формулировать основную этическую проблематику: может ли быть идея добра целью человеческой
жизни и
источником всех жизненных оценок?
Любовь, как добрые дела, полезные для спасения души, не может быть
источником творчества, творческого отношения к
жизни, не может быть излучением энергии, дающей
жизнь и просветляющей
жизнь.
Но воображение есть также
источник творчества лучшей
жизни.
В ней важно, какого духа человек, из какого
источника черпает он творческую энергию
жизни.
Высокий же дух и творческая духовная сила должны черпаться из первоисточника
жизни, из благодатного
источника.
Совесть и есть
источник оригинальных, первородных суждений о
жизни и мире.
Пошлость закрывает трагизм и ужас
жизни, и в ней социальная обыденность, имеющая свой глубокий
источник в грехе, теряет воспоминание об этом
источнике.
Такая же пошлость есть в эстетстве, в распространившейся моде на идеи, которые совсем не пошлы в своем
источнике, в проповеди нравственных добродетелей, из которых ушла всякая оригинальная
жизнь.
Она обращена к глубине человеческого сердца, т. е. к
источнику совершенной, преображенной
жизни.
В то время как Розанов думает о рождающихся детях, о
жизни в будущем и находит в этом
источник радости, Н. Федоров думает об умерших предках, о смерти в прошлом и находит в этом
источник печали.
Они хотели было говорить, но не могли. Слезы стояли в их глазах. Они оба были бледны и худы; но в этих больных и бледных лицах уже сияла заря обновленного будущего, полного воскресения в новую жизнь. Их воскресила любовь, сердце одного заключало бесконечные
источники жизни для сердца другого.
Этот колосс физиологии, колосс жизни и должно быть
источник жизни — вызвал во мне чисто женственное ощущение безвольности, покорности и ненасытного желания „побыть вблизи“, видеть, не спускать глаз…
Неточные совпадения
Я не стану обвинять тебя — ты поступил со мною, как поступил бы всякий другой мужчина: ты любил меня как собственность, как
источник радостей, тревог и печалей, сменявшихся взаимно, без которых
жизнь скучна и однообразна.
Все бы это прекрасно: он не мечтатель; он не хотел бы порывистой страсти, как не хотел ее и Обломов, только по другим причинам. Но ему хотелось бы, однако, чтоб чувство потекло по ровной колее, вскипев сначала горячо у
источника, чтобы черпнуть и упиться в нем и потом всю
жизнь знать, откуда бьет этот ключ счастья…
— В этом же углу лежат и замыслы твои «служить, пока станет сил, потому что России нужны руки и головы для разработывания неистощимых
источников (твои слова); работать, чтоб слаще отдыхать, а отдыхать — значит жить другой, артистической, изящной стороной
жизни,
жизни художников, поэтов».
— Мы обязаны этим реализму, он охладил
жизнь, приплюснул людей к земле. Зеленая тоска и плесень всяких этих сборников реалистической литературы — сделала людей духовно нищими. Необходимо возвратить человека к самому себе, к
источнику глубоких чувств, великих вдохновений…
Все собственные
источники исчерпаны, и
жизнь похожа на однообразный, тихо по капле льющийся каскад, под журчанье которого дремлется, а не живется.