«Миросозерцание Достоевского» (Бердяев Н. А., 1923) по всей классике
Для одних он был прежде всего предстателем за «униженных и оскорбленных», для других — «жестоким талантом», для третьих — пророком нового христианства, для четвертых он открыл «подпольного человека», для пятых он был прежде всего истинным православным и глашатаем русской мессианской идеи.
От идеи Третьего Рима идет русское мессианское сознание и проходит через весь XIX век, достигает своего расцвета у великих русских мыслителей и писателей.
Предложения из русской классики со словосочетанием «мессианская идея»
Национализм может лишь утверждать и развивать то природно-историческое народное бытие, в глубине которого может загореться мессианская идея, как молния, сходящая с духовного неба.
Но чем более я думаю о том, как сойти христианству с мертвой точки и вступить на новый творческий путь, тем более прихожу к тому, что это есть путь эсхатологического христианства, верного мессианской идее.
В русском мессианизме, столь свойственном русскому народу, чистая мессианская идея Царства Божьего, царства правды, была затуманена идеей империалистической, волей к могуществу.
В основу славянской идеи, как и вообще в основу русской мессианской идеи, можно положить лишь русский духовный универсализм, русскую Всечеловечность, русское искание Града Божьего, а не русскую национальную ограниченность и самодовольство, не русский провинциализм.
И, наоборот, полное отрицание национализма может быть явлением глубоко русским, неведомым западному миру, вдохновленным вселенской идеей о России, ее жертвенным мессианским призванием.
Интересно сопоставить русские мессианские и эсхатологические идеи с идеями величайшего философа польского мессианизма Чешковского, который до сих пор недостаточно еще оценен.
Но, во всяком случае, славянофилы хотели «России Христа», а не «России Ксеркса» [Слова из стихотворения Вл. Соловьева: «Каким ты хочешь быть Востоком, Востоком Ксеркса иль Христа?»], как хотели наши националисты и империалисты. «Идея» России всегда обосновывалась пророчеством о будущем, а не тем, что есть, — да и не может быть иным мессианское сознание.
Для одних он был прежде всего предстателем за «униженных и оскорблённых», для других – «жестоким талантом», для третьих – пророком нового христианства, для четвёртых он открыл «подпольного человека», для пятых он был прежде всего истинным православным и глашатаем русской мессианской идеи.
Нравственное восстановление справедливого общества, как видится, может быть достигнуто благодаря множественным воплощениям мессианской идеи, как целостного действа, развиваемого индивидами полностью или по частям.
ИДЕ́Я, -и, ж.1. Форма отражения внешнего мира, включающая в себя сознание цели и перспективы его дальнейшего познания и практического преобразования. --- (Малый академический словарь, МАС)
ИДЕ́Я, -и, ж.1. Форма отражения внешнего мира, включающая в себя сознание цели и перспективы его дальнейшего познания и практического преобразования. ---
Для одних он был прежде всего предстателем за «униженных и оскорблённых», для других – «жестоким талантом», для третьих – пророком нового христианства, для четвёртых он открыл «подпольного человека», для пятых он был прежде всего истинным православным и глашатаем русской мессианской идеи.
Нравственное восстановление справедливого общества, как видится, может быть достигнуто благодаря множественным воплощениям мессианской идеи, как целостного действа, развиваемого индивидами полностью или по частям.
Царство собиралось и оформлялось под символикой мессианской идеи.