На почве эволюционного, детерминистического истолкования марксизма нельзя было оправдать пролетарской, социалистической
революции в стране индустриально отсталой, крестьянской, со слабо развитым рабочим классом.
Неточные совпадения
В бытовом отношении Россия продолжала быть
страной дворянской, и феодализм не был вполне преодолен до самой
революции 1917 года, оставались магнаты, владевшие огромными землями.
Те русские социал-демократы марксисты, которые потом получили наименование «меньшевиков», очень дорожили тезисом, что социалистическая
революция возможна лишь
в стране с развитой капиталистической индустрией.
Поэтому социалистическая
революция возможна будет
в России, когда она перестанет быть по преимуществу крестьянской и сельскохозяйственной
страной.
И вряд ли такого рода коммунистическая
революция возможна
в странах Западной Европы, там, конечно, все будет по-иному.
Но он был русский и делал
революцию в России,
стране совсем особой.
Нужно было сделать первую
в мире пролетарскую
революцию в крестьянской
стране.
Коммунистическая
революция в одной
стране неизбежно ведет к национализму и националистической международной политике.
Только Троцкий остается интернационалистом, продолжает утверждать, что коммунизм
в одной
стране не осуществим, и требует мировой
революции.
«Маракуев, наверное, подружится с курчавым рабочим. Как это глупо — мечтать о
революции в стране, люди которой тысячами давят друг друга в борьбе за обладание узелком дешевеньких конфект и пряников. Самоубийцы».
Неточные совпадения
«Воспитанная литераторами, публицистами, «критически мыслящая личность» уже сыграла свою роль, перезрела, отжила. Ее мысль все окисляет, покрывая однообразной ржавчиной критицизма. Из фактов совершенно конкретных она делает не прямые выводы, а утопические, как, например, гипотеза социальной, то есть —
в сущности, социалистической
революции в России,
стране полудиких людей, каковы, например, эти «взыскующие града». Но, назвав людей полудикими, он упрекнул себя:
Самгин пристально смотрел на ряды лысых, черноволосых, седых голов, сверху головы казались несоразмерно большими сравнительно с туловищами, влепленными
в кресла. Механически думалось, что прадеды и деды этих головастиков сделали «Великую
революцию», создали Наполеона. Вспоминалось прочитанное о 30-м, 48-м, 70-м годах
в этой
стране.
Вообще это газетки группы интеллигентов, которые, хотя и понимают, что
страна безграмотных мужиков нуждается
в реформах, а не
в революции, возможной только как «бунт, безжалостный и беспощадный», каким были все «политические движения русского народа», изображенные Даниилом Мордовцевым и другими народолюбцами, книги которых он читал
в юности, но, понимая, не умеют говорить об этом просто, ясно, убедительно.
Бывал у дяди Хрисанфа краснолысый, краснолицый профессор, автор программной статьи, написанной им лет десять тому назад;
в статье этой он доказывал, что
революция в России неосуществима, что нужно постепенное слияние всех оппозиционных сил
страны в одну партию реформ, партия эта должна постепенно добиться от царя созыва земского собора.
—
Революция с подстрекателями, но без вождей… вы понимаете? Это — анархия. Это — не может дать результатов, желаемых разумными силами
страны. Так же как и восстание одних вождей, — я имею
в виду декабристов, народовольцев.