— То есть в двух словах, —
упирая на каждое слово, проговорил опять отец Паисий, — по иным теориям, слишком выяснившимся в наш девятнадцатый век, церковь должна перерождаться в государство, так как бы из низшего в высший вид, чтобы затем в нем исчезнуть, уступив науке, духу времени и цивилизации.
Нельзя теперь с достаточной силой
упирать на то, что сама Церковь, прежде всего сама Церковь — мистична, мистична насквозь, что жизнь церковная есть жизнь мистическая.
После речи Галатской Цветаев и Рогачев начинали, вперебой, оспаривать её, первый взвизгивал обиженно, а второй сильным добрым басом рубил,
упирая на «о»:
Отрожденский все
упирает на то, что даже и самому Строителю мира места будто бы нигде нет; а я ему возражаю, что мы и о местах ничего не знаем, и указываю на книжку Фламмариона «Многочисленность обитаемых миров», но он не хочет ее читать, а только бранится и говорит: «Это спиритские бредни».
Неточные совпадения
— Знаешь, Соня, — сказал он вдруг с каким-то вдохновением, — знаешь, что я тебе скажу: если б только я зарезал из того, что голоден был, — продолжал он,
упирая в каждое слово и загадочно, но искренно смотря
на нее, — то я бы теперь… счастлив был! Знай ты это!
Даже пробовал заговорить с бабушкой, да она не сможет никак докончить разговора: остановится
на полуслове,
упрет кулаком в стену, согнется и давай кашлять, точно трудную работу какую-нибудь исправляет, потом охнет — тем весь разговор и кончится.
Вера мельком оглядела общество, кое-где сказала две-три фразы, пожала руки некоторым девицам, которые
уперли глаза в ее платье и пелеринку, равнодушно улыбнулась дамам и села
на стул у печки.
Наконец сел, облокотился
на стол,
упер голову в обе руки и вымолвил странный афоризм:
Закончилось это большим скандалом: в один прекрасный день баба Люба,
уперев руки в бока, ругала Уляницкого
на весь двор и кричала, что она свою «дытыну» не даст в обиду, что учить, конечно, можно, но не так… Вот посмотрите, добрые люди: исполосовал у мальчика всю спину. При этом баба Люба так яростно задрала у Петрика рубашку, что он завизжал от боли, как будто у нее в руках был не ее сын, а сам Уляницкий.