Неточные совпадения
Солнце только что успело скрыться за горизонтом, и в то время, когда лучи его золотили верхушки гор, в долинах появились сумеречные тени. На фоне бледного неба резко выделялись вершины деревьев
с пожелтевшими
листьями. Среди птиц, насекомых, в сухой траве — словом, всюду, даже в воздухе, чувствовалось приближение осени.
Раза два мы встречали болотных курочек-лысух — черных ныряющих птичек
с большими ногами, легко и свободно ходивших по
листьям водяных растений. Но в воздухе они казались беспомощными. Видно было, что это не их родная стихия. При полете они как-то странно болтали ногами. Создавалось впечатление, будто они недавно вышли из гнезда и еще не научились летать как следует.
Среди них бросаются в глаза колючий элеутерококк, красноягодник
с острыми
листьями, лесная калина
с белыми цветами, желтая жимолость
с узловатыми ветвями и
с морщинистой корой, лесная таволожка
с коротко заостренными зубчатыми
листьями и вьющийся по дереву персидский паслен.
Прежде всего в глаза бросается ядовитая чемерица
с грубыми остроконечными плойчатыми
листьями и белыми цветами, затем — бадьян
с овально-ланцетовидными
листьями и ярко-розовыми цветами, выделяющими обильные эфирные масла.
Синими цветами из травянистых зарослей выделялся борец
с зубчатыми
листьями, рядом
с ним — башмачки
с большими ланцетовидными
листьями, нежные василистники
с характерными яркими цветами, большие огненно-красные зорки
с сидячими овально-ланцетовидными
листьями и группы оранжевых троллиусов.
Я направился к одной фанзе. Тут на огороде работал глубокий старик. Он полол грядки и каждый раз, нагибаясь, стонал. Видно было, что ему трудно работать, но он не хотел жить праздно и быть другим в тягость. Рядом
с ним работал другой старик — помоложе. Он старался придать овощам красивый вид, оправлял их
листья и подрезал те, которые слишком разрослись.
Тут росли: даурская крушина
с овально-заостренными
листьями и мелкими белыми цветами, многоиглистый шиповник, небольшой кустарник
с сильно колючими ветвями и желтая акация
с ярко-золотистыми венчиками.
Здешний подлесок состоит главным образом из актинидии, которую русские переселенцы называют почему-то кишмишом, жимолости Маака, барбариса, маньчжурского орешника
с неровно-зубчатыми
листьями и мохового мирта
с белыми чешуйками на
листьях и
с белыми цветами.
Из цветковых растений чаще всего попадались на глаза бело-розовые пионы, собираемые китайскими знахарями на лекарства, затем — охотский лесной хмель
с лапчато-зубчатыми
листьями и фиолетовыми цветами и клинтония, крупные сочные
листья которой расположены розеткой.
Здесь можно отметить мелколистную липу — любительницу опушек и прогалин, желтый клен
с глубоко разрезанными бледными
листьями, иву пепельную — полукуст-полудерево, крылатый бересклет, имеющий вид кустарника
с пробковыми крыльями по стволу и по веткам.
Из настоящих кустарников можно указать на таволожник иволистный
с ярко-золотистыми цветами, особый вид боярышника
с редкими и короткими иглами и
с белесоватыми
листьями с нижней стороны, жимолость Маака более 4 м высоты
с многочисленными розоватыми цветами и богородскую траву
с лежащими по земле стеблями, ланцетовидными мелкими
листьями и ярко-пурпурово-фиолетовыми цветами.
По ним грядами растут кустарниковая ольха
с коротковолосистыми ветвями и слегка опущенными
листьями и березолистный таволожник — маленький кустарник
с бледно-розовыми цветами.
Среди таволги, леспедецы, орешника и калины здесь произрастали бородавчатая боярка
с серою корою, редкими шипами и
листьями, глубоко рассеченными, и пригнутый к земле черемушник, перепутанный
с колючим элеутерококком.
Из таких вьющихся растений можно указать на уже знакомую коломикту и лимонник
с запахом и вкусом, действительно напоминающими лимон. В сырых местах росли папоротник, чистоуст
с красным пушком на стеблях, что придает растению весьма эффектный вид, и целые заросли гигантского белокопытника.
Листья его большие, раздельнозубчатые, сверху бледно-зеленые, внизу матово-бледные. Весной это самое лакомое блюдо медведей.
Вместо них появились корявый дубок, маньчжурская рябина
с голыми ветками и слабо опушенными
листьями, желтая береза
с мохнатой корой, висящей по стволу лохмотьями, рододендроны
с кожистыми, иногда зимующими
листьями и белая ясеница.
Из новых древесных пород в этих местах я заметил пеклен — небольшое стройное дерево
с красно-коричневой корой и звездообразно рассеченными
листьями, затем — сибирскую яблоню, дающую очень мелкие плоды, похожие скорее на ягоды, чем на яблоки.
Как бы ни был мал дождь в лесу, он всегда вымочит до последней нитки. Каждый куст и каждое дерево собирают дождевую воду на
листьях и крупными каплями осыпают путника
с головы до ног. Скоро я почувствовал, что одежда моя стала намокать.
Залезть на дерево! Эта глупая мысль всегда первой приходит в голову заблудившемуся путнику. Я сейчас же отогнал ее прочь. Действительно, на дереве было бы еще холоднее, и от неудобного положения стали бы затекать ноги. Зарыться в
листья! Это не спасло бы меня от дождя, но, кроме того, легко простудиться. Как я ругал себя за то, что не взял
с собой спичек. Я мысленно дал себе слово на будущее время не отлучаться без них от бивака даже на несколько метров.
Около реки и вообще по сырым местам, где больше света, росли: козья ива — полукуст-полудерево; маньчжурская смородина
с трехлопастными острозубчатыми
листьями; таволожка шелковистая — очень ветвистый кустарник, который легко узнать по узким
листьям, любящий каменистую почву; жасмин — теневое растение
с красивыми сердцевидными, заостренными
листьями и белыми цветами и ползучий лимонник
с темной крупной листвой и красными ягодами, цепляющийся по кустам и деревьям.
Тут я впервые заметил японскую березу
с треугольными
листьями, — говорят, она часто встречается к югу от Тадушу, затем — бересклет малоцветковый, украшенный бахромчатыми ветвями и
с бледными
листьями, абрикосовое дерево
с мелкими плодами и черешню Максимовича, растущую всегда одиноко и дающую черные безвкусные плоды.
Кое-где одиночно встречались кусты смородины Максимовича, которую всегда можно узнать по красивой листве и мелким ягодам, и изредка княжик охотский
с тонкими заостренными долями
листьев.
Я увидел небольшое травянистое растение величиной в 40 см,
с четырьмя
листьями.
Кроме кедра, тополя, ели, пробкового дерева, пихты и ореха, тут росли: китайский ясень — красивое дерево
с серой корой и
с овальными остроконечными
листьями; дейция мелкоцветная — небольшое деревце
с мелкими черными ягодами; корзиночная ива — весьма распространенная по всему Уссурийскому краю и растущая обыкновенно по галечниковым отмелям вблизи рек.
Растительное сообщество по берегам протоков состояло из кустарниковой ольхи
с резкими жилками на крупных
листьях; перистого боярышника, который имеет серую кору, клиновидные
листья и редкие шипы; рябины бузинолистной
с темно-зелеными
листьями и
с крупными ярко-красными плодами; жимолости съедобной, ее легко узнать по бурой коре, мелкой листве и удлиненным ягодам темно-синего цвета
с матовым налетом, и наконец даурского луносемянника, вьющегося около других кустарников.
За утренним чаем Г.И. Гранатман заспорил
с Кожевниковым по вопросу,
с какой стороны ночью дул ветер. Кожевников указывал на восток, Гранатман — на юг, а мне казалось, что ветер дул
с севера. Мы не могли столковаться и потому обратились к Дерсу. Гольд сказал, что направление ветра ночью было
с запада. При этом он указал на
листья тростника. Утром
с восходом солнца ветер стих, а
листья так и остались загнутыми в ту сторону, куда их направил ветер.
Неточные совпадения
Но та, сестры не замечая, // В постеле
с книгою лежит, // За
листом лист перебирая, // И ничего не говорит. // Хоть не являла книга эта // Ни сладких вымыслов поэта, // Ни мудрых истин, ни картин, // Но ни Виргилий, ни Расин, // Ни Скотт, ни Байрон, ни Сенека, // Ни даже Дамских Мод Журнал // Так никого не занимал: // То был, друзья, Мартын Задека, // Глава халдейских мудрецов, // Гадатель, толкователь снов.
Или, не радуясь возврату // Погибших осенью
листов, // Мы помним горькую утрату, // Внимая новый шум лесов; // Или
с природой оживленной // Сближаем думою смущенной // Мы увяданье наших лет, // Которым возрожденья нет? // Быть может, в мысли нам приходит // Средь поэтического сна // Иная, старая весна // И в трепет сердце нам приводит // Мечтой о дальней стороне, // О чудной ночи, о луне…
Мечтам и годам нет возврата; // Не обновлю души моей… // Я вас люблю любовью брата // И, может быть, еще нежней. // Послушайте ж меня без гнева: // Сменит не раз младая дева // Мечтами легкие мечты; // Так деревцо свои
листы // Меняет
с каждою весною. // Так, видно, небом суждено. // Полюбите вы снова: но… // Учитесь властвовать собою: // Не всякий вас, как я, поймет; // К беде неопытность ведет».
Но грустно думать, что напрасно // Была нам молодость дана, // Что изменяли ей всечасно, // Что обманула нас она; // Что наши лучшие желанья, // Что наши свежие мечтанья // Истлели быстрой чередой, // Как
листья осенью гнилой. // Несносно видеть пред собою // Одних обедов длинный ряд, // Глядеть на жизнь как на обряд // И вслед за чинною толпою // Идти, не разделяя
с ней // Ни общих мнений, ни страстей.
У иных из них отдернутые и не вполне отделенные ветви висели вниз вместе
с иссохшими
листьями.