Долина Вай-Фудзина богата террасами. Террасы эти идут уступами, точно гигантские ступени. Это так называемые «пенеплены». В древние геологические периоды здесь были сильные денудационные процессы [От слова «денудация» — процесс разрушения и сноса горных пород под влиянием воздуха, воды, ледников. (Прим. ред.)], потом произошло поднятие всей горной системы и затем опять размывание. Вода в реках в
одно и то же время действовала и как пила, и как напильник.
Неточные совпадения
В тайге Уссурийского края надо всегда рассчитывать на возможность встречи с дикими зверями. Но самое неприятное — это встреча с человеком. Зверь спасается от человека бегством, если
же он
и бросается,
то только тогда, когда его преследуют. В таких случаях
и охотник
и зверь — каждый знает, что надо делать. Другое дело человек. В тайге
один бог свидетель,
и потому обычай выработал особую сноровку. Человек, завидевший другого человека, прежде всего должен спрятаться
и приготовить винтовку.
Тогда я понял, что он меня боится. Он никак не мог допустить, что я мог быть
один,
и думал, что поблизости много людей. Я знал, что если я выстрелю из винтовки,
то пуля пройдет сквозь дерево, за которым спрятался бродяга,
и убьет его. Но я тотчас
же поймал себя на другой мысли: он уходил, он боится,
и если я выстрелю,
то совершу убийство. Я отошел еще немного
и оглянулся. Чуть-чуть между деревьями мелькала его синяя одежда. У меня отлегло от сердца.
Но
и на новых местах их ожидали невзгоды. По неопытности они посеяли хлеб внизу, в долине; первым
же наводнением его смыло, вторым — унесло все сено; тигры поели весь скот
и стали нападать на людей. Ружье у крестьян было только
одно, да
и то пистонное. Чтобы не умереть с голода, они нанялись в работники к китайцам с поденной платой 400 г чумизы в день. Расчет производили раз в месяц,
и чумизу
ту за 68 км должны были доставлять на себе в котомках.
Следующий день был воскресный. Пользуясь
тем, что вода в реке была только кое-где в углублениях, мы шли прямо по ее руслу. В средней части реки Сандагоу растут такие
же хорошие леса, как
и на реке Сыдагоу. Всюду виднелось множество звериных следов. В
одном месте река делает большую петлю.
Я вспомнил про самку
и стал искать ее глазами. Она стояла на
том же месте
и равнодушно смотрела на обоих своих поклонников, сцепившихся в смертельной схватке. Шум борьбы постепенно удалялся. Очевидно,
один олень гнал другого. Самка следовала сзади в некотором расстоянии.
Мне очень хотелось убить медведя. «Другие бьют медведей
один на
один, — думал я, — почему бы мне не сделать
то же?» Охотничий задор разжег во мне чувство тщеславия,
и я решил попытать счастья.
16-го числа выступить не удалось. Задерживали проводники-китайцы. Они явились на другой день около полудня. Тазы провожали нас от
одной фанзы до другой, прося зайти к ним хоть на минутку. По адресу Дерсу сыпались приветствия, женщины
и дети махали ему руками. Он отвечал им
тем же. Так от
одной фанзы до другой, с постоянными задержками, мы дошли наконец до последнего тазовского жилья, чему я, откровенно говоря, очень порадовался.
Что
же касается до мяса,
то и одного самца с них довольно, а завтра они поймают еще столько
же.
После принятия в себя Арму Иман вдруг суживается
и течет без протоков в виде
одного русла шириной от 80 до 100 м, отчего быстрота течения его значительно увеличивается. Здесь горы подходят вплотную к реке
и теснят ее
то с
одной,
то с другой стороны. На всем этом протяжении преобладающая горная порода — все
те же глинистые сланцы.
В 2 часа мы дошли до Мяолина —
то была
одна из самых старых фанз в Иманском районе. В ней проживали 16 китайцев
и 1 гольдячка. Хозяин ее поселился здесь 50 лет
тому назад, еще юношей, а теперь он насчитывал себе уже 70 лет. Вопреки ожиданиям он встретил нас хотя
и не очень любезно, но все
же распорядился накормить
и позволил ночевать у себя в фанзе. Вечером он напился пьян. Начал о чем-то меня просить, но затем перешел к более резкому тону
и стал шуметь.
Вы согласитесь, мой читатель, // Что очень мило поступил // С печальной Таней наш приятель; // Не в первый раз он тут явил // Души прямое благородство, // Хотя людей недоброхотство // В нем не щадило ничего: // Враги его, друзья его // (Что, может быть,
одно и то же) // Его честили так и сяк. // Врагов имеет в мире всяк, // Но от друзей спаси нас, Боже! // Уж эти мне друзья, друзья! // Об них недаром вспомнил я.
В продолжение немногих минут они вероятно бы разговорились и хорошо познакомились между собою, потому что уже начало было сделано, и оба почти в
одно и то же время изъявили удовольствие, что пыль по дороге была совершенно прибита вчерашним дождем и теперь ехать и прохладно и приятно, как вошел чернявый его товарищ, сбросив с головы на стол картуз свой, молодцевато взъерошив рукой свои черные густые волосы.
Неточные совпадения
Кому не скучно лицемерить, // Различно повторять
одно, // Стараться важно в
том уверить, // В чем все уверены давно, // Всё
те же слышать возраженья, // Уничтожать предрассужденья, // Которых не было
и нет // У девочки в тринадцать лет! // Кого не утомят угрозы, // Моленья, клятвы, мнимый страх, // Записки на шести листах, // Обманы, сплетни, кольцы, слезы, // Надзоры теток, матерей, //
И дружба тяжкая мужей!
— Зачем
же так неблагосклонно // Вы отзываетесь о нем? // За
то ль, что мы неугомонно // Хлопочем, судим обо всем, // Что пылких душ неосторожность // Самолюбивую ничтожность // Иль оскорбляет, иль смешит, // Что ум, любя простор, теснит, // Что слишком часто разговоры // Принять мы рады за дела, // Что глупость ветрена
и зла, // Что важным людям важны вздоры, //
И что посредственность
одна // Нам по плечу
и не странна?
«Не влюблена ль она?» — «В кого
же? // Буянов сватался: отказ. // Ивану Петушкову — тоже. // Гусар Пыхтин гостил у нас; // Уж как он Танею прельщался, // Как мелким бесом рассыпался! // Я думала: пойдет авось; // Куда!
и снова дело врозь». — // «Что ж, матушка? за чем
же стало? // В Москву, на ярманку невест! // Там, слышно, много праздных мест» — // «Ох, мой отец! доходу мало». — // «Довольно для
одной зимы, // Не
то уж дам хоть я взаймы».
«Онегин, я тогда моложе, // Я лучше, кажется, была, //
И я любила вас;
и что
же? // Что в сердце вашем я нашла? // Какой ответ?
одну суровость. // Не правда ль? Вам была не новость // Смиренной девочки любовь? //
И нынче — Боже! — стынет кровь, // Как только вспомню взгляд холодный //
И эту проповедь… Но вас // Я не виню: в
тот страшный час // Вы поступили благородно, // Вы были правы предо мной. // Я благодарна всей душой…
Собакевича знаешь?» — спросил он
и тут
же услышал, что старуха знает не только Собакевича, но
и Манилова,
и что Манилов будет поделикатней Собакевича: велит тотчас сварить курицу, спросит
и телятинки; коли есть баранья печенка,
то и бараньей печенки спросит,
и всего только что попробует, а Собакевич
одного чего-нибудь спросит, да уж зато всё съест, даже
и подбавки потребует за
ту же цену.