Как только начала заниматься заря, пернатое царство поднялось на воздух и с шумом и гамом снова понеслось к югу. Первыми снялись гуси, за ними пошли лебеди, потом утки, и уже последними тронулись остальные перелетные птицы. Сначала они низко
летели над землей, но по мере того как становилось светлее, поднимались все выше и выше.
Неточные совпадения
Ниже их, но все же высоко
над землей,
летели гуси.
Предсказание Дерсу сбылось. В полдень начал дуть ветер с юга. Он постепенно усиливался и в то же время менял направление к западу. Гуси и утки снова поднялись в воздух и
полетели низко
над землей.
Гуси
летели низко, почти
над самой
землей.
Он подпустил меня очень близко, но потом вдруг сорвался с места и
полетел низко
над землей, ловко лавируя между деревьями.
Но в данном случае она вела себя иначе:
летела лениво, медленно и низко
над землей,
летела не по прямой линии, а по окружности, так что собака едва не хватала ее за хвост зубами.
Раньше всех проснулись бакланы. Они медленно, не торопясь,
летели над морем куда-то в одну сторону, вероятно, на корм.
Над озером, заросшим травой, носились табуны уток. В море, на
земле и в воздухе стояла глубокая тишина.
— Конечно, летаю, — ответил он. — Но только с каждым годом все ниже и ниже. Прежде, в детстве, я летал под потолком. Ужасно смешно было глядеть на людей сверху: как будто они ходят вверх ногами. Они меня старались достать половой щеткой, но не могли. А я все летаю и все смеюсь. Теперь уже этого нет, теперь я только прыгаю, — сказал Ромашов со вздохом. — Оттолкнусь ногами и
лечу над землей. Так, шагов двадцать — и низко, не выше аршина.
Неточные совпадения
Над широким берегом Дуная, //
Над великой Галицкой
землей // Плачет, из Путивля долетая, // Голос Ярославны молодой: // «Обернусь я, бедная, кукушкой, // По Дунаю-речке
полечу // И рукав с бобровою опушкой, // Наклонясь, в Каяле омочу.
Тогда орел вдруг сам громко закричал, расправил крылья и тяжело
полетел к морю. Он вернулся только поздно вечером: он
летел тихо и низко
над землею, в когтях у него опять была большая рыба.
А вот, встревоженный вихрем и не понимая, в чем дело, из травы вылетел коростель. Он
летел за ветром, а не против, как все птицы; от этого его перья взъерошились, весь он раздулся до величины курицы и имел очень сердитый, внушительный вид. Одни только грачи, состарившиеся в степи и привыкшие к степным переполохам, покойно носились
над травой или же равнодушно, ни на что не обращая внимания, долбили своими толстыми клювами черствую
землю.
Летит коршун
над самой
землей, плавно взмахивая крыльями, и вдруг останавливается в воздухе, точно задумавшись о скуке жизни, потом встряхивает крыльями и стрелою несется
над степью, и непонятно, зачем он летает и что ему нужно. А вдали машет крыльями мельница…
От толчка у Никитича
полетел на
землю цилиндр, так что он обругал проехавших двоих верховых уже вдогонку. Стоявшие за воротами кучер Семка и казачок Тишка громко хохотали
над Никитичем.